Ненужная дочь фермера

Альфред не мог же просто бросить свою дочь? Не мог ведь, правда? В моей голове это просто не укладывалось.

— Папа сказал мне, чтобы я пошла к бабке Верде и попросилась пожить с ней. Или к дяде Римосу, или к кому-нибудь еще, — Лара села на пол и прижала коленки к груди. В синих глазах плескалась боль. — Он что, насовсем уехал, да?

— Похоже на то, — машинально ответила я, но вовремя спохватилась: — Не знаю, Лара. Но добрый человек, который за тобой присмотрит, уже нашелся.

Решение мной было принято мгновенно.

Я не думала ни секунды, да и о чем тут думать? Бросить маленькую девочку так же, как это сделал ее отец, или так, как когда-то мой? После смерти мамы папа запил, а я осталась один на один с самой собой. Лару постигла такая же участь, и мне не нужно было спрашивать у нее, как она себя чувствует – я и так знала.

Опустилась на пол рядом с Ларой, приобняла ее за плечи:

— Я буду с тобой, не волнуйся, хорошо? — тихо проговорила я, понимая, что никуда уже не смогу уехать из Дворецкого. — Но ты должна будешь мне помочь.

— Чем? — Лара перестала всхлипывать и подняла на меня удивленный взгляд.

— У меня никогда не было детей, и я не знаю, как с ними обращаться. Чтобы мы с тобой стали друзьями, то должны друг друга слышать и слушать, хорошо?

— Друзьями? Папа говорил, что маленькие дети не должны дружить со взрослыми людьми.

— Тогда будем сестрами, как тебе такая идея?

— Это тоже неправда, мы не сестры, — вздохнула девочка. — Но я согласна. Только пока папа не приедет, да?

— Конечно, — спустя секундную паузу кивнула я и, обняв ребенка, зажмурилась.

Сердце рвалось на части от боли, я прижимала незнакомую девочку к себе и будто воочию видела себя из прошлого.

Мне было всего десять, когда отец прогнал меня из дома. Ларе сейчас лет шесть от силы. Но не важно, сколько тебе лет, когда предают близкие люди, предательство в любом возрасте ощущается страшнее смерти.

Могу ли я привести Лару к Верде? Одна мысль об этом вызывала тихий ужас. Ребенку не следовало пить ту воду, в которой моются кружки, да и спать на голом твердом топчане тоже не стоит.

В доме старушки стоит жуткая вонь кислятины, а горы хлама скрадывают почти все свободное пространство.

Но что, если я останусь в доме Лары, а ее отец вернется? Я долго думала об этом и решила, что если Альфред вдруг по какой-то причине приедет за дочерью, я успею незаметно сбежать. Ну или останусь и объясню, что я и есть тот самый “добрый человек”, который заботился о его ребенке.