Мой бесполезный жених оказался притворщиком

– То есть вы хотите сказать, что не справляетесь даже с Платоном? – прогрохотал граф. – Дафнюшка, ты точно хочешь заниматься у этого человека?

– Я хочу учиться вместе с братом, – сказала я. – Если ему не нравится господин Бонье, то и мне тоже!

Господин Бонье выглядел так, словно я ударила его в челюсть.

Потому что следующими словами графа были:

– Фекла, приведи Платона. – приказал граф, неловкой маячившей возле меня горничной, и немедленно перевел взгляд на меня:

– Давай спросим у него, нравится ли ему господин Бонье.

И потому, что было кое-что, о чем граф пока не знал.

Я уже посещала занятия господина Бонье.

И я-то точно знала – он не нравится Платону.

Платон мечтает утопить его в фонтане.

Глава 5

Как только Фекла рассказала мне о невероятно питательной диете из знаний о способах столовой сервировки, и как долго можно игнорировать окружающих без ущерба для репутации, я понеслась в библиотеку со скоростью близкой новому мировому рекорду.

Хотя, как знать, какие рекорды были в этом мире.

Фекла бежала за мной.

– Юная госпожа, постойте!

– Я не передумаю!

– Да нет же, – закричала она, – вы бежите не в ту сторону!

Так что мне пришлось сделать дополнительный крюк по поместью, прежде чем толкнуть двери библиотеки и встретиться с мелкими, поросячьими глазками господина Бонье.

– Никаких посторонних на занятии! – выкрикнул он, размахивая зажатой в кулаке линейкой, и его взгляд метнулся мне за спину, туда, где переводила дыхание Фекла. – Не хватало мне еще, чтобы прислугино отребье шлялось тут как у себя дома! Проходной двор, ей богу!

Фекла замерла.

Я замерла.

Платон, по-прежнему стоявший с вытянутыми вперед руками ладонями вверх, возмущенно фыркнул.

– Это Дафнюшка, – неожиданно для всех выдал он, копируя слащавую манеру своего отца.

Дальнейших пояснений не последовало, так что господин Бонье только сильнее разозлился.

– Замечательно, юный господин! – издевательски воскликнул он. – Вы помните, как зовут дочь поломойки, но не в состоянии запомнить, какую руку подавать барышне, при приглашении на танец! Конечно, чего еще можно было ожидать от избалованного мальчишки!

– Да как вы смеете! – задохнулась от возмущения Фекла.

– Это Дафнюшка, – продолжал гнуть свое Платон, наградив Бонье очень осуждающим взглядом.

По его лицу становилось понятно – кругом одни идиоты, и только он один непонятый гений, вынужденный дрейфовать в океане тупости на единственном хлипком плоту из человеколюбия.