Мой бесполезный жених оказался притворщиком

Зато на когда-то кроваво-красном, а теперь мутно-бордовом ковре стали появляться вмятины, как если бы кто-то ходил по нему.

Не теряя времени Гордей прицелился и метнул кинжал в направлении призрачных следов.

– Хе-хе-хе.

Мгновенно соткавшаяся в воздухе тень перехватила летящее в нее оружее и сверкнув его лезвием, как улыбкой, спросила:

– Чего ты желаешь? Чего? Чего? Скорее скажи мне!

В комнате поднялся ветер, которого не должно было быть в помещении с наглухо запертыми окнами.

Но прежде, чем Гордей успел ответить, в коридоре раздались еще одни шаги.

Снова хихикнув тень растаяла, а кинжал бесшумно рухнул вниз, скрывшись в ворсе ковра.

Гордей сделал шаг внутрь комнаты, чтобы как можно скорее вернуть себе оружие, но был остановлен. Кто-то цепко, болезненно ухватил его за плечо и развернул лицом к коридору.

Несколько раз моргнув, прогоняя заплясавшие перед глазами от яркого света блуждающего огонька, зависшего в воздухе, цветные пятна, Гордей увидел суровое лицо своего отца.

– Что ты здесь делаешь?

– Я…

– Я велел никому не заходить сюда. Это касается и тебя.

– Но здесь был не только я. Отец, послушай, кто-то пробрался в поместье и…

Чеслав Змеев скривился как от зубной боли.

– Если бы здесь кто-то был, артефакты бы уже забили тревогу, – сказал он.

– Они сломаны!

– Неужели?

Гордей бросил взгляд мимо отца, на стену, где висел волчий череп. И, если пару минут назад, он был выведен из строя, то теперь его глаза вновь горели потусторонним огнем, пристально следя за поместьем.

– Он только что был сломан!

Чеслав Змеев сердито отмахнулся от слов Гордея.

Гордей рефлекторно сделал шаг назад и почувствовал, что наступил на что-то тонкое и шуршащие. Как будто бы на кусок пергамента.

Он посмотрел себе под ноги, но ничего не увидел.

– Достаточно, – сказал Чеслав Змеев. – Возвращайся в свою комнату и, вместо того, чтобы придумывать невесть что лучше поразмышляй над своим поведением в последние дни. Я довольно давно не ощущал такого стыда перед людьми, стоит им только упомянуть имя моего сына.

– Я не понял, с чего это вдруг мы плохая компания? Я будущий император! Я лучшая компания, которую только можно себе вообразить!

– Чего не понял я, так это, когда мы вообще брали Змеева в свою компанию.