Мой бесполезный жених оказался притворщиком

горящий козел?

От такого зрелища я едва не свалилась с ветки.

Столпившиеся возле дерева скелеты от шока расступились.

Медведь замер, так и не решившись с силой обрушить на землю тяжелую лапу.

– Мне кажется, или там действительно бежит Платон? – убито спросила я.

Лукьян прищурился. Потом задрал голову к небу. Затем снова перевел взгляд на бегущую фигуру.

– Да, – сказал он. – Да, точно он. К дождю, наверное.

И в самом деле начинало накрапывать.

За последние пару месяцев контроль над способностью у Платона значительно улучшился.

– Я спас его шкуру! Тащил на себе! А он меня рогами! Копытом в лоб! Подпалил мне брюки! Скотина!

– Так козел же, – отметил Лукьян.

– Ты чем думал? – проревела я на всю поляну. – Я зачем отправила тебя в академию? Что ты делаешь здесь?!

Платон поднял глаза на мой голос и мгновенно побледнел.

– Дафнюшка, – прошептал он.

Он обернулся, лишний раз убеждаясь в том, что призрачная звериная свита никуда не делась, и притормозил, заметно растерявшись.

– Иди сюда! Живо!

Я ненадолго остановила пляску молний вокруг дерева, направив их в произвольные точки поляны, а Лукьян свесился вниз и протянул руку, помогая Платону взобраться к нам на дерево.

Горящий козел, не желая сдаваться так легко, с разбегу врезался в дерево.

И застрял в нем рогами.

По дереву поползли языки пламени.

– Да что ты творишь! – пуще прежнего разозлился Платон.

И от души обрушил на парнокопытного агрессора стену дождя.

Платон неловко потирал затылок.

– Ой.

Лукьян невозмутимо сплюнул воду в сторону.

Ну хоть козел больше не горел. Только сердито топал копытами, пытаясь освободить рога из деревянного плена.

– Беееее!

– Где ты нашел этого козла?

– Это Змеев, – отмахнулся Платон.

– И Змеев тут? – я прикрыла лицо ладонью. – Ладно. А Змеев где нашел козла?

– Он козел, – уверенно сказал Платон.

О, ну ясно, подобное притягивает подобное, да?

– Поддерживаю, – кивнул Лукьян.

– Это не конкурс оскорблений, – вмешалась я, как единственный взрослый и адекватный человек в этой компании.

– Нет, – покачал головой Платон. – Он буквально козел. Вот этот, – он неопределенно махнул рукой, глядя вниз.

Мы все туда посмотрели.

– Беееее!

Взгляд козла был нам очень хорошо знаком. Он говорил: во всем, что со мной случилось прошу винить Лукьяна Хилкова.