Танец с Тенью

— Фарсе? — Она была настоящей женщиной, всегда выделявшей из потока информации лишь то, что ей было понятно и близко.

— Венанди! Ну что мне с тобой делать?

— Выпороть?

Ди села на кушетке, потирая виски, опустила ноги на пол и обнаружила отсутствие на них всякой обуви. «Совершенно босая. Опять. Можно подумать, надо мной висит проклятье босых пяток».

— Экзекуции — это к палачу вашему, этому… Клавдию. Он у вас специалист по таким процедурам. Раздевайся.

На лице девушки явственно отразилась озадаченность.

— Зачем это? — поджала длинные ноги, обхватив прижатые к груди колени изящными руками.

— Диана Яновна Дивина. Вы поступили в приемный покой медицинской части «Лазурного» с множественными травмами, полученными в результате…

— Никаких травм, о чем вы?

Красноречиво тряхнула головой, так что белая коса взметнулась, пролетев прямо перед носом доктора.

— Хорошо, тогда по причине обморока. Так проще. Осмотр, кардиограмма, анализы, три дня стационара и выпишем тебя с диагнозом… астенический синдром.

— Это что за дикий зверь?

Вид у Ди был такой, как будто ей диагностировали бубонную чуму и назначили лечение посредством медленного и мучительного сжигания на костре. После допроса с пристрастием и комплекса пыток, разумеется.

— Усталость. А будешь чудить — назначу тебе не массаж, усиленное питание и физиотерапию с бассейном, а клистир, уколы и капельницы.

Ипполит явно что-то задумал, сразу расслабившись и повеселев. Глаза смеялись, он снова стал красавцем-инкубом. Брутальным и невероятно привлекательным.

Ди молча сидела на кушетке, мрачно уставившись в окно, и тоже пыталась «задумать». Хоть что-нибудь «задумать». Так хорошо спланированный ее первый отпуск уже грозил превратиться в тоскливый больничный. Что интересно — тоже впервые в ее жизни. В больницах она еще никогда не лежала. Время дебютов. Тоска и печаль.

Дверь в блок приоткрылась, впуская уже знакомую фигуру застенчивого гостя, и Ди получила наконец возможность рассмотреть его не в пылу поединка.

Там, в спортивном зале, он — высокий, жилистый, смеявшийся своим беззвучным смехом — походил, скорее, на юношу, стремившегося, отрастив недельную щетину, накинуть себе несколько лет для солидности.

Ее теперешний гость — молодой мужчина, задумчиво и очень серьезно ее рассматривающий — был совсем не мальчишкой. В серых глазах отчетливо читался не просто жизненный опыт. Перед Ди сейчас стоял человек, видевший смерть, неоднократно смотревший этой старухе в лицо.