Оспорить завещание

в холле свет горит, а в этой комнате нет.

— Так, я я не включала, — пробормотала служанка, испуганно вздрагивая, она, просунув руку в дверь, щёлкнула выключателем и тут же захламлённое помещение озарил свет.

— Хорошо... свет, вода имеется, — задумчиво протянула, осматривая очередную грязную облезшую комнату, — идём что ли.

Первый этаж нас не порадовал. В основном в нём были хозяйственные помещения, в одном из них дверь вела в сад, в другом была навалена в кучу поломанная мебель. Гостиная тоже не радовала, разбитые окна, облезшие стены и плесень у подножия одной из рельефной колонны.

На втором этаже было повеселей, но тоже везде разруха и грязь. Однако попадались комнаты, где в окнах были целые стёкла и даже двери запирались, но вот кровати отсутствовали, как, впрочем, и остальная мебель. И только в конце коридора нам улыбнулась удача. В комнате стояла кровать поистине гигантских размеров, ну и подумаешь, что скрипучая, зато на ней даже имелся матрас, нам лишь останется застелить его чем-нибудь.

— Пошли вниз за чемоданами, надеюсь, там будет какое-нибудь покрывало.

— Нет, госпожа, там ваши платья. — тихо ответила служанка, виновато опустив глаза, добавила, — я собирала немного, но поверенный заметил и всё забрал.

— Угу, гад он, — прошептала, осторожно ступая по лестнице, чтобы снова не упасть, — ничего справимся.

— Нет.

— Мда… ладно нам бы до утра продержаться, здесь же люди живут, у них купим.

— Деревня стоит на ваших землях, люди должны вам налоги платить.

— Да? — заинтересовано спросила, пыхтя затаскивая тяжеленный чемодан, второй тащила девчушка, имя которой я пока так и не выяснила, а спрашивать не решилась.

— Вы говорили, что по прибытии соберёте со всех долги, по документам они же более пяти лет не платят.

— Ладно. Утром разберёмся, — проговорила, заходя в комнату, — запри дверь и давай наведём порядок хоть в этом углу, чтобы спать, где было.

— Сейчас госпожа, я внизу видела тряпки и кастрюлю какую почище из кухни принесу, смою пыль эту.

— Хорошо, только аккуратней там.

— Спасибо, — вдруг просияла девушка и радостная выбежала в коридор.

Я же, воспользовавшись временным одиночеством, принялась шуршать в сумочке, которую не выпускала из своих рук.