Оспорить завещание

— Арчи я даже предлагать не стала, — продолжила, печально вздохнув, — боюсь, он не поймёт женской натуры, когда ради счастья добровольно лишаешь себя комфорта.

— Да-да, — быстро закивала головой Исла, по-моему, даже шмыгнув носом, — мужчины… они такие чёрствые.

— Именно, — обрадованно воскликнула, словно нашла в её лице поддержку, — вы понимаете меня и к кому мне ещё обратится со столь деликатным вопросом, как не к вам.

— Конечно ваша светлость, уверена, мы быстро разрешим эту затруднительную ситуацию.

— Замечательно! Молли, попроси пожалуйста Джека принести сюда чемодан, — распорядилась, слегка подтолкнув застывшую и растерянную служанку в спину, — а Исла пока поможет подобрать подходящий наряд, в котором будет удобно и не стыдно перед людьми.

— Прошу вас, я сейчас подберу…, — вполголоса проговорила девушка, будто размышляя, рванув к одной из стойки, — здесь то, что вам нужно и по размеру, должно быть, в самый раз.

— Госпожа, — окликнула меня Молли, буквально через пару минут, как покинула магазинчик.

— На стол кладите, — подсказала Исла, быстро убирая с него вазочку с фруктами.

— Спасибо Джек, — поблагодарила мужчину, который за время пути не проронил ни слова и сейчас лишь молча кивнул, прежде чем покинуть магазин.

— Здесь платья для прогулки, их два, а то для вечера в нём вполне прилично сходить в гости или на небольшую встречу, — повторила всё, что мне рассказала Молли ещё вчера.

— Они чудесны и Леранда немало монет отсыпет, чтобы заполучить его, — выдохнула Исла, испуганно ойкнув, мельком взглянула на меня, — ваша светлость платья очень дорогие, ткань прекрасная и сшиты умелой портнихой, я не смогу купить их все…

— Сколько сможешь?

— Три… нет два, простите, — ответила девушка, горестно вздохнув.

— Хорошо, — кивнула, мысленно прикидывая, сколько удастся выручить за два платья. На удивление, но Исла оказалась довольно отличным человеком и даже не пыталась нажиться за мой счёт, а честно сообщила причитающую мне сумму. Отсыпав несколько горстей сури, она с сожалением взглянула на оставшиеся наряды, потом на шкатулку, в которой грустным звоном брякнули две монетки.