Я — Драко Люциус Малфой

— То дементоры, то Сириус Блэк. На твоём месте, я бы не прятался. Я бы нашёл его сам, после всего, что этот убийца сделал.

— Что тебе надо, Малфой? — строго спросила подоспевшая Грейнджер, а Поттер кивнул ей в ответ.

— Гермиона, всё в порядке. Малфой бредит.

— О! Неужели?! Ты, я смотрю, вообще не в курсе, зачем ты нужен Блэку.

— Пошёл вон, Малфой! — прорычал Уизли. — Ты как будто много знаешь. Только и умеешь, что байки рассказывать.

Я недовольно глянул на Крэбба и Гойла, те потупились.

Сто процентов они трепались о моём вчерашнем рассказе, а этот убогий Уизли слышал.

— Не будь трусом, Поттер! — презрительно скривился я. — Встреть свою смерть достойно!

У гриффиндорцев, у всех троих, отпали челюсти, а мы, довольные собой, ушли из зала. Как же приятно хоть иногда поставить этого выскочку и тупицу на место, и даже Грейнджер его не спасёт!

4 ноября.

Матч Гриффиндора и Пуффендуя всё же состоялся. Погода была омерзительная. Проливной дождь, гроза. Находиться на трибунах было просто ужасно.

Самое интересное, что большая часть слизеринцев вообще не пошла на матч. Не охота было мокнуть и мёрзнуть.

Но я не мог это пропустить. Грейнджер должна была первый раз выйти на поле. Я был почти уверен, что её так и не выпустят, но всё же рискнул. И когда гриффиндорцы под проливным дождём выходили на стадион, мне стало её так жаль! Даже не представлял, что могу испытывать такие странные чувства к девчонке. На ней были защитные зачарованные водоотталкивающие очки, волосы собраны в хвост, из мелко закрученных мокрых кудрей.

Она плотно сжимала губы, явно готовая к бою. Такая смелая и решительная. У меня было ощущение, что в груди болит. Так хотелось туда же, носиться под этим ливнем, видеть её совсем близко, уворачиваться от её ударов.

Она была словно дикая кошка. Маленькая и злобная. Я был уверен, что они разгромят Пуффендуй, только благодаря ей. С каждым ударом по бладжеру, её стон разносился по стадиону, и по спине пробегали мурашки, теряясь где-то на затылке.

Хотелось орать, болеть за неё, подбадривать, выкрикнуть: «Уничтожь их, Грейнджер!»

Но вместо этого приходилось кутаться в промокшую мантию и выслушивать нытьё Грега и Винса. Они не хотели идти на стадион, но моё слово для них закон.

Грейнджер и Уизли переговаривались жестами. Это было странно и интересно. Как же было круто видеть её радость, когда отбитый ею бладжер угодил вратарю Пуффендуя по башке.