Таблеточку, Ваше Темнейшество?

Даже если не хотел, то все равно не стоит так свободно расхаживать в чужом доме ночью! Между прочим, я вот на секунду решила, что Рэйвен нас прибить пришел как свидетелей. Сейчас я уже так не думала — связать растерянного мужчину, которого Ная и Най так легко заставили паниковать, с убийцей не получалось. Но зато поняла, что если Рэйвен и впрямь Темнейшество, то стоит побыстрее выпроводить его из дома, чтобы избежать неприятностей.

— Все извращенцы так говорят, — безжалостно припечатала Ная.

— Я приличный мужчина, — вздохнул Рэйвен.

— Угу, и так они тоже говорят, — добавил Мик. — Кошмар. Мы приютили не только темного мага, но и настоящего извращенца! Ужас!

— Эй, я не темный маг, — возмутился Рэйвен.

— Чем докажешь? — спросил Мик. — Ничем ведь, да?

— Почему же? — вдруг сказал Рэйвен. — Если купишь двуликий амулет у мага, а я применю магию, то этот амулет покажет мою настоящую природу. А вообще я услышал, как вы спорите, что я темный маг. Но я совсем не темный, зашел сказать, что волноваться не о чем.

— Никто ни в чем не обвинял, — замахала я руками.

Не хватало еще лишиться бесплатной рабочей силы, тем более до конца не ясно, светлый он или темный. Проверить бы — а там дальше решать.

— Кроме того, что ты извращенец, — вставил Най. — Но это оправданно. Кто забирается в спальню приличной девушки в таком виде?

— Эй!.. — начал Рэйвен, но потом выдохнул, присел на карточки и погладил детишек по макушкам. — Я не хотел ничего плохого, извините, если напугал.

Может, и не темный? Как-то слишком он уж хорош для темного. Несмотря на довольно обидные слова детишек, не стал ругаться или обижаться, а, наоборот, постарался утешить.

— Ладно, ладно, если вопрос решен, то давайте расходиться, — попросила я. — Время позднее, всем пора спать.

Когда все кроме Мика разошлись по спальням, я шепнула подростку:

— Разузнай завтра все про этот камень и в чем может быть подвох. Надо Рэйвена проверить на эту светлую-темную магию.

На следующее утро я продрала глаза лишь благодаря чуду. Чудо звали Наей. Она стащила с меня одеяло, отобрала подушку и зло-презло вещала:

— Не встанешь — темные сожрут. Обглодают каждую косточку, а мозги оставят на потом…

— Я невкусная, почти ядовитая, подавятся, — вяло отбрыкивалась я. — И вообще, Ная, где ты таких ужасов понабралась?

— Нам воспитатели рассказывали, если мы не слушались, — призналась Ная, добавив: — Но я знаю, что это все враки.