Первое правило семьи Райс

– Твой отец повезет зерно через графство Триронга, а я уеду с лордом Кеттером, потому что он собирается на мне жениться!

- Не ври себе, Миринда! Я слышал их разговор, в нем и речи не шло о замужестве. В дополнении к договору Кеттер купил себе содержанку и привезет дорогой сувенир из Центина. Потому что он отвалил за тебя приличную сумму.

Я усмехнулась, не собираясь ему верить, хотя пронимала, что Тагор мог оказаться прав. Граф Триронга, авантюрист и искатель приключений, вполне мог расщедриться на понравившуюся ему Миринду Орейгу, вспомнив, как я спасла ему жизнь.

- Поэтому ты должна испытывать благодарность, – неожиданно заявил мне Тагор. - К нам, к Вейрам!

- Да что ты говоришь?! – картинно удивилась я, и мои змеи согласно зашипели. Затем закивали, раздувая треугольные воротники, словно смеялись над услышанным. – Может, мне еще и лечь, Тагор? Снять с себя сорочку и отблагодарить тебя и твоего папочку как следует? Или же сжечь к демонам всех вас и ваш особняк, потому что один из вас пытался меня продать, а второй – изнасиловать!

- Ты ничего не сделаешь ни мне, ни отцу, – внезапно произнес Тагор.

Не договорил, потому что дверь распахнулась, и в комнату вошла Аннарита Вейр. В руках она держала плошку со свечей. На ней был длинный халат, накинутый поверх ночной сорочки.

- Мама! - не удержавшись, воскликнула я.

Но вряд ли она могла почувствовать потревоженные магические потоки – я постаралась их скрыть, и сделала все как нужно.

Быть может, в мою комнату ее привела интуиция?

Потому что в зов материнского сердца мне верилось с трудом.

6.2

Мама с изумлением уставилась на моих исчезающих змеек. Но я быстро убрала магическую стену, а заодно избавилась от огненных заклинаний, оставив лишь трепещущий над потолком светлячок.

- Мама? – вкрадчиво переспросил Тагор, повернувшись к своей застывшей мачехе. – И как это понимать, леди Вейр?! Вы ведь утверждали, что ваша дочь давным-давно умерла!

- Никак, – быстро отозвалась я, осознав собственную оплошность. – Это нужно понимать… никак! Вернее, я так сильно люблю леди Вейр, что считаю ее своей родной матерью.

Сама же смотрела на изменившееся лицо Аннариты Вейр, в полумраке показавшееся мне похожим на уродливую, застывшую маску.