Дочь опальной герцогини

- Перед тем, как лечь спать, тихо сложите все ваши украшения вот сюда. Доброй ночи!

Я поступила, как велел Кенсингтон: опустошила ларь, переложив своё богатство в большой пыльный мешок.

Сон не шёл. Я крутилась, вертелась, лупала глазами в темноту, напрягала слух до звона в голове, ожидая услышать, как кто-то крадётся во тьме, чтобы украсть моё имущество и походя прикончить меня.

Выпросить нож у Сэма было непросто, но в итоге под влиянием моих мокрых от непролитых слёз, глаз, старичок сдался и выдал мне узкий ножик для нарезки мяса, тонкое лезвие говорило о том, что предмет был многократно и безжалостно обточен.

Я сидела, то на лавке, выглядывая в щёлочку в окне, то лежала на пустом сундуке, то снова сидела. Одновременно хотелось, чтобы ничего не произошло, чтобы маг ошибся, и также желалось, чтобы всё же хоть что-то прояснилось.

Измаявшись, накрутив себя до предела, всё же вырубилась, прямо сидя на сундуке, свесив голову на грудь.

- Леди Одри! - кто-то коснулся моего плеча, я чуть не заорала спросонья, но широкая ладонь быстро запечатала мой рот. Я с бешено колотящимся сердцем выпучила глаза на оказавшегося прямо напротив меня Лиама. - Т-ш-ш, свои.

Я понятливо кивнула, стараясь не показать, как меня потряхивает от пережитого ужаса.

- Идите за мной, - сказал он, подхватывая мешок с наследством семьи Йорков.

Мы выбрались из кареты в тихую ночь. И прошли к старому дубу, что находился на приличном расстоянии от нашего бивака.

- Почему так далеко? - ахнула я, утопая ногами в сугробах.

- Наденьте артефакт, - вместо ответа, услышала я. Кивнула и, вынув из кармана цепочку с кулоном овальной формы, быстро надела на шею. - Когда появятся бандиты, прижмите мешок с вашими сокровищами к себе, и нажмите на рубин, он должен провалиться в тело медальона.

Лиам, оценивающе поглядев на дерево, подхватил свободный конец верёвки, затем шустро забрался на дуб, перекинул её (верёвку) через сук, и спустился назад. После чего стал тянуть канат на себя, тем самым поднимая мешок вверх.

- А теперь, - заговорил он, закончив сие непростое дело и критически осмотрев мою тощую фигуру, - с вами поступим так же, как с вашим мешком, - одними губами сказал Кенсингтон, подходя ко мне с верёвкой в руках.