Равновесие невест

Кирнан поступила круто – не дав себе времени на снижение скорости, она отправилась в пике чётко напротив зрителей, изрядно усложнив себе задачу, но повысив зрелищность своего полёта. И справилась с блеском!

Она изящно сложила крылья, вовремя выгнув хвост, чтобы снизить скорость, и довольно ловко приземлись на широкую сцену, освобождённую от всех театральных конструкций. Когтями вспоров каменный пол, драконица опустилась на все четыре лапы, выгнула спину и издала пронзительный победоносный рёв. Но без пламени. Огнём она не была одарена, отчего фыркнула, постепенно сворачиваясь как змея, становясь маленькой худенькой девушкой, с трудом устоявшей на ногах.

Её комбинезон совсем не пострадал, а лицо осталось чистым и красивым. Она отдышалась, выпрямилась и с достоинством поклонилась перед аплодирующими придворными. Подбежавший служка помог девушке спуститься вниз и проводил в ложе к счастливым родителям.

– Блестящее исполнение, кэрра Кирнан, – доброжелательно сказала Никлос, оглаживая колючую щетину и с удовольствием разглядывая девицу, открывшую свою суть.

В её глазах зажегся огонь, она почувствовала в себе зверя и теперь знала, на что способна. Эта уверенность легко переходит в самоуверенность, поэтому её ответ был:

– Я всегда готова повторить это удовольствие, Ваше Величество. И с радостью разделила бы счастье полёта с будущим мужем, – девица обворожительно улыбнулась, присаживаясь на свободное кресло и поднимая с подноса слуги бокал охлаждённого вина. Королю понравилась её откровенность, поэтому он отсалютовал своим бокалом и они вместе выпили.

Только мать Кирнан, кэрра Арава мелко выдохнула, до боли сжимая запястье дочери, оставляя глубокие синяки. Позже девушка будет серьёзно наказана за свою дерзость, но на людях женщина сохраняла достоинство и притворную улыбку на губах.

Герольд объявил следующую драконицу. Равновесие продолжилось. Девицы сменяли друг друга, свершая первый полёт, оглашая окрестности звериным рыком, показывая цвет крыльев и красуясь в небеса. Не у всех получалось хорошо.

Кто-то падал, не долетев до сцены, кто-то путался на подлёте в крыльях. Одна желтокрылая девица как мешок картошки рухнула прямо по центру амфитеатра и в такой же позе обратилась – попой к зрителям. С трудом поднявшись, заулыбалась счастливо и вздёрнула большой палец вверх, вызвав дружный смех на трибунах и даже улыбку на лице короля. Отряхнувшись, она спустилась вниз и, немного прихрамывая, отправилась к своим близким.

Словом, всякое случалось на Равновесии.