Равновесие невест

Следом вышел Вран, и его лицо, полное трагедии и сочувствия, исказилось в притворном участии:

– Мы понимаем. Вы так рано потеряли семью, а ведь ваш отец и дед завещали выстроить дорогу мира к подводным обитателям. И сейчас вы пытаетесь найти баланс и выполнить волю предков. К несчастью, но этот путь обречён, ведь они не желают добра. Они с самого начала обвиняли нас в покушениях на своих существ и нарушении природного баланса. Потом дерзкие выпады в сторону прелестной Селесты, а потом нападение на наши корабли. Они призвали жуткий шторм и уничтожили Нимфеум – единственный символ дружбы между нашими королевствами! – как заправский оратор, Вран склонил голову на бок, ловко манипулируя вниманием публики.

Он прошёлся из стороны в сторону, словно раздумывая над собственными словами, хотя Никлосу ясно – эта речь была отрепетирована. И не единожды.

– Боюсь, ваша добросердечность завела королевство в тупик. Если мы не будем сильными перед нашими соседями, никто не будет уважать Каргатских королей. И если вы не хотите проявлять истинную силу нориуса, я вижу только один выход, – будто с тяжестью в голосе резюмировал Вран, трагично глядя на короля.

Позади Брошин негромко согласно добавила: «Да-да, это единственный выход», будто и ему в голову пришла похожая мысль.

– Я вас внимательно слушаю, – Ник сохранял спокойствие и невозмутимость. Лёгкая улыбка скользила по его губам, расцветая при особо ярких эпитетах двух главных заговорщиков. Подумать только – они объединились! А ведь оба – сильные лидеры, не терпящие компромиссов.

Интересно, что их свело вместе?

Пропуская между пальцев нориус, Никлос отвёл небольшую нить за спину, чтобы она незаметно для окружающих покинула зал и спустилась в потайную комнату, где ожидала своего выхода Селеста.

– Наше королевство базируется на силе нориуса. Разумеется, мы ни в коей мере не собираемся бросать вызов вашему могуществу. Но считаем, что необходимо создать баланс между силой и ответственностью, – расплывчато заговорил Вран. Его голос предательски дрогнул, обнажая нарастающее волнение канцлера.

На лбу выступили первые капельки пота и он протёр его тряпочкой.

– В чём это выражается?

Переглянувшись, дальше продолжил Брошин:

– Создание правительственного Совета из старейших представителей аристократии. Парламентская монархия, – в голосе старика прозвучал опасный металл, в отличии от Врана, он не сомневался. Как и большинство аристократов, которые чуть ли не подпрыгнули от радости при мысли о такой форме власти.