Равновесие невест

Я дома, но чувство опасности осталось внутри: утрачено доверие к этим стенам.

– Только благодаря командной работе всё получилось. Без Ника я бы искал тебя до скончания веков, а он без меня не смог бы найти среди сотен фальшивок, – ответил Артан, проводя рукой по моему лицу. И в нём тревога звучала набатом. Как и в молчавшем и о чём-то напряжённо размышлявшем Нике.

– Почему сюда, а не во дворец?

– Потому что я больше не доверяю собственным подданым. Я не собираюсь показывать тебя, зная, что среди нас есть пособник русалок.

Пора вскрыть этот нарыв и узнать, кто же такой умный оказался, что столько лет гадил исподтишка.

– Как говорится, делайте ваши ставки, – пробурчала в ответ, опуская глаза.

– Ты о чём?

– Владиса убили не русалки. Это сделал дракон. Я не видела лица, но узнала его, и смогу назвать имя, когда встречу вновь, – объяснила прерывистым голосом, когда закончили подниматься по ступенькам и остановились у выхода. За дверью оказалась небольшая пыльная комната, заставленная старой мебелью.

И я, сама мокрая и грязная как чушка, рухнула на диван, подняв столп пыли, отчего звонко чихнула.

Тем временем Артан прошёл по периметру, заглядывая в шкафы и шкафчики. В одном из них обнаружились женские выходные платья в защитных магических чехлах. На его любопытный взгляд, Ник объяснил:

– Кажется это наряды одной из королев. Старые, забытые вещи. Здесь полно таких комнат.

– Кстати, на подлёте ко дворцу, я заметила нечто странное со стороны женского крыла.

Куда делась взлётная площадка? – спросила заинтересованно, пока Артан продолжал исследовать помещение.

Мне рассказали всё, что произошло за время моего отсутствия. Жуткий ураган, военное положение, мои поиски… Тем временем Артан обнаружил ванную комнату, и я моментально вскочила, вытащив из шкафа самое простое платье, и скрылась за дверцей ванной, заслужив негромкие смешки. Но мне было всё равно, здесь была горячая вода и даже косметические принадлежности.

Уединившись, смысла с себя рыбное амбре, вымывая песок из самых труднодоступных мест.

А закончив, высушила руками волосы, расчесала, найдя небольшой женский набор под раковиной, даже слегка прошлась высохшими красками, маскируя синяки под глазами и общий усталый вид.

Взгляд в зеркало оказался весьма травматичным. Мне больно осознавать, что вот эта бледная немочь и есть я. Такая жалкая канарейка. Одно успокаивало и в тоже время будоражило: мой крик.