Равновесие невест

– Да и Деян больше говорил про Брошина…

– Всё это сейчас не имеет значения, – резко выдал Артан, поднимая глаза на короля. – Селеста у подводников, они могут сделать с ней всё, что угодно. Мы ведь даже не знаем, зачем она им нужна! Зачем им ариус?

На эта Ник промолчал, только сильнее заклубился нориус вокруг их тел.

Глава 24. Перейти рубикон

Никлос и Артан

Ещё когда Артан только соединился с Селестой, Ник как-то спросил, что это вообще такое – слияние. Ответ до безобразия прост: две половинки одного целого.

Слияние – это полное принятие партнёра со всеми его недостатками и достоинствами. Это понимание поступков возлюбленного. Отсутствие негативной реакции на промахи. Поэтому и слово такое появилось – слияние. Даже если партнёры очень разные, даже если вообще не понимают друг друга, слияние выравнивает это различие, соединяя их. И каждый начинает видеть, почему другой таков, каков он есть.

Вместе с этим приходит чувствительность. Одна боль на двоих, как и радость, и тепло, забота, грусть, ненависть.

Разумеется, это не эмпатия, не то, что ты чувствуешь головную боль любимой по утрам или женское недомогание раз в месяц. Касается более глубинных чувств. Так что секс у них просто невероятен!

Тогда Ник ничего не понял. Слова звучали как кривой перевод с одного языка на другой, бессмысленно, но почему-то так притягательно. Зрительно, он видел, как Арт и Селеста тянутся друг к другу. Что маршал поднимает голову в сторону дверей ещё до того, как они откроются, зная, что идёт Селеста. Их лица расцветали счастьем, и не было ни единого человека во всём дворце, кто не знал бы о происходящем.

Эту тайну нереально утаить, но… и отпустить обоих тяжко до невозможности.

Сейчас Ник отдал бы всё на свете за то, чтобы вернуть Селесту Артану. Друг посерел от одиночества, от невыносимой тоски, от тяги за невозвратный горизонт событий. И как же трудно признаться, что и сам испытываешь нечто подобное. Что перед глазами стоит маленькая женская фигурка в белом, такая миниатюрная, почти крошечная… исчезает в бушующем океане, растворяясь как вода…

Но в отличии от Артана, у Ника сохранилась связь с Селестой: нориус раскинулся на многие километры над волнами словно плотный чёрный ковёр.

Он сжирал рыбу и млекопитающих, поднимающихся наверх за кислородом, перемалывая тушки в жидкий фарш. Так Ник мстил подводникам за их преступления. Его буквально вымораживало ненавистью за то, что они посмели вероломно напасть сначала на его корабли, а после и на подопечную.