Равновесие невест

А вы сёстры Винцель? – вежливо, но фамильярно, поздоровалась девушка, слегка наклоняя голову набок. – Кто из вас Селеста?

– Это я, – подняла руку, отвечая на приветствие. – Это с тобой будем жить в соседних комнатах?

– Да, – она широко улыбнулась. – Здорово правда? Я боялась оказаться соседкой Грацбурской или ещё кого из старой аристократии. С их высокомерием – это было бы мучением. А так всё удачно сложилось!

– А меня поселили рядом с Миртой Гадельер, – воскликнула негромко Кали, прислушивающаяся к словам Астерии.

– Это ведь хорошо? Пойду поздороваюсь.

Я было потянулась за сестрой, но одумалась и осталась рядом с Паули. Она проследила взглядом за Кали, уверенно подошедшей к незнакомой красивой девушке в простом светло-сером платье с вышитыми зелёными узорами. Вскоре между ними завязался разговор и я перевела дух.

– А кто это – Грацбурская? – чтобы отвлечься от грустных мыслей, обратилась к Паули.

– Кирнан. Удивлена, что ты не знаешь её. Вон та блондинка, – девушка кивком головы указала на девицу, чья мать устроила скандал во дворе.

Сейчас она была окружена свитой из нескольких холёных барышень и что-то вещала, слегка задрав нос. – Синий дом.

– Неужели? – протянула восхищённо. Можно было и раньше догадаться. Синие драконы – это очень старая знать. Обширное и ветвистое семейство, чьи представители занимали крупные посты при королевском дворе. Из этой семьи вышел нынешний канцлер – Вран Грацбурский. И из этого дома чаще всего Каргаты выбирали себе невест. Такой была Женевра, мать нынешнего короля.

– Перед ней все лебезят, но я надеюсь, ты не из таких?

Я отрицательно мотнула головой, и продолжила с интересом разглядывать Кирнан. Стройная блондинка с аккуратным бюстом, мягкими пухлыми губами, тонкими чертами лица. Её волосы завили и спустили завитками из пучка на затылке, прикрытого тонкой серебристой сеткой. По шее нисходили крупные локоны, так что волосы в распущенном состоянии наверняка спускаются ниже талии. Нежно-кораллового оттенка платье свободного кроя подчёркивало грудь, демонстрируя глубокую ложбинку, сверху прикрытую тонкой полупрозрачной тканью до шеи, на которой покоилась белая камея.

Она выглядела одновременно очень открыто, но при этом обнажёнными оставались только руки ниже запястий да верхняя часть шеи, а платье, расходящееся книзу, демонстрировало исключительно мыски атласных туфель.

Переведя взгляд на свой наряд, густо покраснела. Мать одела нас в дорожные платья тускло-салатового оттенка, поверх тёмно-зелёное болеро с бантиком.