Знак Саламандры

Я не знала, что он параллельно встречается с другой девчонкой – а та, как более опытная, подсказывает ему, как быстрее вскружить голову глупой серой мышке и щедро делится результатами с подружками.

А когда я узнала…

Он умер.

Не сразу, конечно. Сперва я просто увидела, как он с ней целуется. Это, кажется, тоже было подстроено – иначе откуда в безлюдном обычно сквере в считанные минуты собралась толпа? Потом они говорили – и он, и она, и другие девчонки, и смеялись, и показывали пальцем…

А потом вдруг потемнело, и невесть откуда налетевший ветер бросил волосы мне в лицо.

Я не видела, как он упал – но видели очень многие.

Настасья потрясённо молчит, и я знаю, о чём она думает.

– Суд меня оправдал, если что. Медкомиссия сказала… – Я зажмуриваюсь крепче, вспоминая официальную формулировку. – Вроде как от сильных эмоций проснулся дар, это никак нельзя угадать или проконтролировать, а у парня была редкая непереносимость магических волн с определёнными характеристиками. – Делаю ещё одну паузу, вздыхаю.

Снова пауза, длинная, тоскливая. Гошка, видимо, чует моё присутствие, и я слышу, как он шебуршится за дверью кабинета, пытаясь надавить на ручку. Дверь поддаётся, дракончик выскальзывает в коридор и взбирается мне на колени. Я глажу его по макушке.

– А дальше? – помедлив, уточняет Настасья.

Я шмыгаю носом, скашиваю глаза вправо и вижу край зелёного подола. Что ж, раз уж начала – надо заканчивать.

– А дальше, – произношу жёстче, чем хотелось бы, – был кошмар. Меня в глаза называли ведьмой и убийцей. Многие боялись, но под терапией я вообще ничего не могла, и кое-кто это понял. Я приходила домой из школы и рыдала. Каждый день. Полгода.

Я снова умолкаю. Прозрачная ладонь невесомо касается моей руки.

– Извини. – Я не отвечаю, а Настасья продолжает: – Но сейчас-то всё в порядке? Ты ведь получила диплом, и работаешь, и…

– Да, – хмыкаю зло, – меня выпускают к людям.

Это, конечно, благодаря маме. Она целый год после школы таскала меня по врачам, от психологов до редких в то время специалистов по магии. Мне меняли лекарства, назначали процедуры, заставляли вести дневники и делать упражнения…

Не скажу, что меня вылечили – от магии нельзя вылечиться. Однако в итоге врачи пришли к выводу, что я действительно не опасна, в том числе и потому, что дар уже проснулся, а значит, всплеска такой же силы можно не ждать.