Королевская кровь-11. Чужие боги

- А вам бы понравилось? Если я скажу, что для помощи мне ему нужно выдернуть свой позвоночник, он это сделает, капитан.

- Постараемся обойтись без этого, - пообещала Дробжек серьезно, и Полина вдруг засмеялась. Смех этот Люджина восприняла с облегчением – там, где нет надежды, нет и смеха.

- Демьян придумает что-нибудь, - проговорила королева, отсмеявшись. – Война закончится, он вернется и точно придумает.

- Вы очень верите в него, ваше величество.

- Я прекрасно понимаю, что наш мир могут захватить, что Демьян может погибнуть, но не хочу думать об этом, - очень по-взрослому объяснила Полина.

- Конечно.

- Тогда помогите мне.

- Вы уже сами себе помогаете, - Люджина старалась говорить еще мягче. – Скажите, вы еще кому-то рассказывали, кроме меня?

- Да. Сестре, совсем недавно. До этого не могла… просто не могла.

— Это хорошо, что возникла потребность рассказать, - Люджина, с наслаждением ступая босыми ногами по холодному полу, подошла к окну, - обязательно говорите о случившемся. Выход из душевных травм – это большая, долгая работа, и поддержка близких в это время очень важна. Если не с кем поговорить, а желание есть, записывайте, перечитывайте и жгите. Каждый раз, когда вы с кем-то делитесь, проговариваете, прописываете, боль становится чуть легче, ваше величество.

— Это я уже заметила, - согласилась Полина.

- А с супругом вы обсуждали то, что случилось? – капитан распахнула створки и с жадностью вдохнула свежий воздух. Сердце стучало: не ошибись, не ошибись.

- Он говорил со мной. Но мне невыносимо было вспоминать, больно, к тому же он все-таки выжил, у меня все вышло… я так счастлива была, что не хотела вспоминать.

- Но ведь вы имеете право на эмоции. На обиду, злость, непонимание, ярость по отношению к вашему мужу. То, что он тоже жертва, не делает вашу боль меньше.

- Я не испытываю ничего подобного, - резко заявила Полина.

- Вы не считаете его виноватым.

- Нет! – выкрикнула королева и замолчала, тяжело дыша. А потом заговорила сбивчиво, задыхаясь, словно глотая и загоняя внутрь слезы:

- На самом деле он виноват, конечно, виноват. Он мог не проводить боев, мог послушать Тайкахе. Он говорил – верь мне, и я верила. Но что мне сейчас это даст? Демьян сам все знает и сам себя казнит. Я не хочу делать ему больнее.