Мама года или Замуж за гада

Келион знал, что его провинность и разбитая чашка и рядом не стояли, но становилось самую малость спокойнее от мысли, что мелким вредительством Дамб могла отвести душу и почувствовать хотя бы мимолетное облегчение.

- И? Он бы обязательно сказал что-нибудь еще. - проговорил дракон, пытливо глядя на эльфа.

Тариэлин едва сдержал пораженное “Оу”. Герцог не только не рассердился, что Эйрикур испортил посуду, нет, он был этому рад.

- И что вы еще легко отделались. - уже увереннее сообщил эльф.

Ибенир сцепил руки в замок и подпер ими подбородок, так, что рта не видно, но даже так нельзя не заметить, что Келион удовлетворенно улыбнулся - глаза чуть прищурились, а в уголках собрались тонкие складочки морщин.

- Так о чем вы с ним говорили? - наконец, повторил свой вопрос Керналион.

- Учитель спрашивал о драконах, у него проблемы в общении с племянником.

Келион злился, что Эрика не пошла к нему, а говорила с каким-то приблудным эльфом, но сейчас он находился не в том положении, чтобы упрекать Дамб в подобном.

- Он был… он был расстроен? - сдавленно проговорил Керналион.

Тариэлин не мог дождаться, когда его, наконец, отпустят, он из Светлого Леса сюда добирался не для того, чтобы в разборках дракона и человека посредником выступать.

- Учитель Эйрикур выглядел так, словно его предал близкий. - проговорил эльф, внимательно следя за Керналионом.

Ибенир сокрушенно опустил голову, и без того едва заметная улыбка растаяла, пальцы напряженно дрогнули.

- Понятно. - выдохнул дракон. Эрика добровольно находилась рядом с эльфом и после вышла из комнаты счастливой, значит Тариэлин ей понравился и приятен как собеседник.

Неужто Дамб так быстро нашла ему замену?

Келион знал, что бесконечно виноват, но не мог отпустить Эйрику. Эта девушка его пара, супруга. Он вымолит прощение, даже если придется ползать на коленях.

- Ты произвел хорошее впечатление на Эрика и, вижу, сам ты тоже не остался равнодушным. - забросил ловушку Керналион с опасным, хищным прищуром.

Эльф осторожно кивнул.

Учитель в некоторой степени бесил, но сегодня Тариэлин увидел другую его сторону и теперь пребывал в смятении, не зная, как относиться к Эйрикуру, совсем не похожему на того, которого он привык видеть.

- Но эльф, помни, нельзя брать чужое. Это называется воровством.