Мама года или Замуж за гада

Керналион чуть развернулся, чтобы не видеть лица брата.

Эрика любит детей, почти до умопомрачения любит, вспомнить только как она кружит вокруг своего племянника. Да. Но не сможет иметь ни одного собственного ребенка.

- Я… я не думаю, что это так важно. - сдавленно проговорил Келион. Но это было важно.

Если Дамб не запала бы ему так в душу, если бы не запечатлела, то у нее, Эрики, был б шанс завести нормальную семью и кучу красивых детишек.

Только вот теперь, когда они получили брачную метку, девушка никогда не сможет ни развестись, ни вступить в брак с кем-то еще.

Керналион чувствовал вину за то, что полюбил, а его любовь оказалась способна испортить жизнь собственной пары.

Кинияр пребывал в смятении - никогда еще брачная метка не появлялась у пар, где один из супругов - не магическое существо, даже при венчании в храме.

Могло ли оказаться, что Дамб непробужденая полукровка? Хотя, вряд ли.

Кинияр и Керналион были из королевского рода и оба почти кожей могли ощущать магфон.

У Эрики он был такой слабый, такой тусклый, что если какая-то магия в ней и теплилась, то только для того, чтоб поддерживать жизнь.

Или то вообще фонило от артефактов, которыми была увешана человечка.

- Тебя и правда не смущает, что она человек. - покачал головой принц, утверждая, - Ладно, что простолюдинка, титул дело наживное. Но человек? - Керналион ссутулился, уперев тяжелый взгляд в землю.

- Может быть, может быть. - тоскливо-горестно вздохнул Ибенир. - Ты же помнишь, что Сабиан сказал мне семнадцать лет назад? Уже тогда стало ясно, что будет трудно.

Слова пророчества ни на миг не выходили у Келиона из головы. Они отпечатались в памяти так ярко и четко, что Керналион помнил их столь хорошо, словно это произошло только что.

И каждый раз, когда вспоминал, его пробирала дрожь, потому что Ибенир знал - смерть Маниэр граф Вальдернеский ему никогда не простит.

“За то, что ты не протянул руку помощи и не признавал того, кого сам Бог посадил на то место, лить тебе горькие слезы, когда обретешь пару.

Пророчество набатом звучало в голове, снова и снова, сводило с ума и куда несчастнее Келион был оттого, что знал свою судьбу.

Он бы предпочел остаться в неведении, верить, что надежда есть.

И боялся подойти к Сабиану и спросить - изменилось ли что-то с того дня? Вдруг будущее стало другим, лучше? Или хуже.

Келион не вынес бы услышать это ещё раз.