Сердце Колдуна

В конце концов она заметила это и спросила:

– Что?

Бер смутился. Спокойная реакция на измену поразила его.

– Ничего… Мне жаль, что все так вышло.

Анна протяжно выдохнула.

– А мне нет. Жаль только, что вы стали свидетелями.

– Я могу сделать вид, что не видел, – растерявшись еще больше, ответил Бер. Женщина коротко рассмеялась.

– У тебя на лбу написано «У Д И В Л Е Н».

Бер смущенно потер пальцем кончик носа.

– Потому что я… удивлен. Ты очень спокойна. Мне кажется даже, что я больше зол, чем ты.

Анна, улыбнувшись, посмотрела ему в глаза.

– Ну и напрасно. Ситуация неприятная, – да, – но она освободила меня от всех сомнений. Это как точка, которую поставили за меня.

– Ты не расстроена, – заметил Бер.

– Совершенно нет. Я даже рада. Я еще в лесу, когда от медведя убегала, решила подать на развод и готовилась к тяжелому разговору. Боря меня от него освободил. А еще я получила ценный опыт. И если вдруг меня угораздит снова выйти замуж, я первым делом обговорю «искренность». О! Я даже напишу его красивым шрифтом на картонке и повешу в рамочку над кроватью!

Бер усмехнулся.

– Я сделаю тебе рамочку в подарок на свадьбу, – пообещал мужчина. Анна посмотрела на него и тоже усмехнулась.

– Спасибо. Я ловлю тебя на слове!

– Лови.

– Ну вот и поймала!

– Ой–ой! – сморщился Бер. – А можно личный вопрос? – Анна кивнула. – К Пелагее приходят только отчаявшиеся. Что у тебя случилось?

Женщина, вспыхнув, сделала вид, что увлечена игрой с Бадди.

– Просто, если я вдруг чем–то смогу помочь – ты всегда можешь ко мне обратиться. Это все, что я хотел сказать.

Анна закрыла лицо руками. Бер от этого жеста испугался еще сильнее, но женщина вдруг рассмеялась.

– Ох! – отняв руки от лица, она посмотрела на мужчину. Её щеки были покрыты густым румянцем, в глазах плясали чертики. – Давай я тебе как–нибудь потом расскажу обо всем этом. Ладно?

– Конечно! Или можешь вообще не рассказывать.

– О нет, никогда… – Анна, посмеиваясь, потерла пальцами переносицу. К её лицу снова прилила краска, шея и уши покраснели.

Пелагиос, закончив рисунок, задул свечу.

– Нож?

Бер попробовал пальцем лезвие, кивнул и отдал его Пелагиосу. Тот, не колеблясь ни секунды, провел лезвием по руке. Анна задержала дыхание, оборотень, вытянув шею, следил за порезом. Белый, с серо–розовыми краями, тот был бескровным.