Сердце Колдуна

От девочки пахло недавно скошенной, но уже высохшей на жарком августовском солнце травой и – совсем немного, – молоком.

«Прости меня, – мысленно попросил Бер. – Прости меня, моя маленькая, отважная чаровница. Папа облажался и тебе пришлось колдовать. Я же просил тебя, пуговка. Почему ты не пошла позвать Пелу? А Анна?..»

Имя гостьи заставило его встать. Действительно – что с ней? Здесь ли она еще или сумела уехать? И как долго он пролежал?..

На первом этаже горели лампы и их свет заливал ступени лестницы вязким, как холодный липовый мед, светом.

«Она пыталась топить печь?» – озадаченно подумал Бер. Его ноги подгибались, но возвращаться в кровать он даже не подумал. Принеся плед, мужчина осторожно укрыл им плечи Анны, отнес кочергу к печи и только там, стоя напротив кирпичной трубы, вдруг заметил, что в доме очень холодно.

– Старик? – негромко позвал оборотень. Домовой, сосредоточенно удерживая в прихожей воздушный заслон, появился перед ним с хмурым, почти угрюмым выражением лица.

– Ты встал, – заметил он очевидное. – Девочка колдовала. И колдун колдовал.

– Какой колдун? – насторожился Бер. – Говори, что было!

– Белолицый, со шрамами. Он пришел, вышиб двери, чуть меня не погубил, потом маленькая хозяйка вступилась, поговорила и они стали лечить тебя. Вылечили, пришла гостья и как дала ему кочергой по голове!

– Ого! – вскинул брови Бер, вспоминая как самому ему тяжело далась борьба с белолицым незнакомцем.

– Промахнулась! Но колдуна спугнула. Убежал на улицу и кота нашего с собой прихватил. Чуть на тот свет не отправил! Физалис сражался! Наш кот!.. – Домовой поднял над головой сжатые в кулачки руки. На его лице были написаны гордость и воодушевление. – Потом уже Пелагея с колдуном говорила. В дом его позвала! В дом! Сидели вот тут за столом, говорили.

– И что за история? – поинтересовался Бер.

– Да что! Был он Пела, да без сердца остался!

– Речь не о любви, – вставил из–за печи Физалис. – У него на самом деле нет сердца.

– И он не умер, – понял лесник. – И ищет сердце.

– Точно так, – кивнул Домовой.

– И вы его пустили в дом? – изогнул бровь Бер. Старик пожевал бороду.

– Хозяйка пригласила. Я спорить не могу – таков закон!

– Понятно… – мужчина помолчал.