Выбор Крис, или История попаданки

Теперь бедняжке нужно переродиться еще несколько раз, чтобы стать нашей сестрой. Но мы услышали тебя, и дадим шанс грешной душе исправить ошибки в следующей жизни».

Глава 4

Разговор с дознавателями я решила не откладывать на следующий день. И согласилась принять одного из служителей порядка сразу, как пришла в себя от шока.

— Светлого дня, — приветствовал меня мужчина, заходя в гостиную.

— Светлого, — ответила я.

— Прежде всего, разрешите представиться. Старший дознаватель департамента правопорядка и доверенное лицо герцога Мортлийского, барон Никас Кинсон.

— Леди Кристина Амалия Кроут, — проговорила я, жестом приглашая визитера присесть. — Пусть вы принесли в наш дом плохую новость, но не буду лицемерить, говоря, будто сожалею о потере родителя.

— Если то, что я узнал о Митчелле Томасе Кроуте, верно, я вас прекрасно понимаю, — тут же ответил барон. — Леди Кроут, сначала я хочу задать вопрос.

— Нет, мне никто его не показывал, — призналась я. Этот момент в памяти Тины запечатлелся очень хорошо.

— А вы настаивали?

— Да, только отец тут же пригрозил отдать Дэнни в детский приют Камерина. Выбор был невелик: или жизнь новорожденного брата, или тайны завещания.

Из воспоминаний Тины я знала, что в этот приют отдают ненужных младенцев. Или придумывают причины, чтобы убрать детей, мешающих опекунам вольготно распоряжаться чужим имуществом.

Было дико даже представить там Дэнни.

— Да... Ваш отец был совсем не подарок, — согласился мужчина.

— К тому же я и так знала, что в завещании.

— Но как же? И вы не пытались отстоять свое?

— В то время я была бесправна. От слова совсем! Митчелл Кроут нашел лазейку в законодательстве. Триста шестьдесят лет назад тогдашний герцог Мортлийский подписал указ о ританическом праве на детей.

Этот дикий закон позволял родителям опекать своих детей сверх принятых норм. Так, словно это больные недееспособные существа, за которыми нужен дополнительный уход.

— Что-то такое слышал. Но почему-то думал, что нынешний герцог отменил указ отца, — задумчиво сказал дознаватель.

— В том то и дело, что нет, — горько произнесла я.

— Недосмотр его светлости. Но уверяю вас, мы сделаем все возможное, чтобы отменить этот варварский закон.