Мама для Совенка. Путь менталиста. Часть четвертая

Нахмурился. Поднес к губам.

— Вернуть сюда.

Юля вздохнула. Началось. Конвой. Допрос. Как-то она расслабилась и забыла, что у нее муж не просто, гм, муж, а еще и глава тэората, Четвертое высочество, да и вообще лучший меч королевства.

— Не хочешь ничего рассказать? — поинтересовался вкрадчиво этот самый муж.

И еще кровный родственник Третьего. Н-да…

— Только не волнуйся, — попросила Юля.

Поискала взглядом стул, на который следовало предложить сесть. Естественно, на обрывистом морском берегу стула не было.

Фильярг чуть отступил. Сложил руки на груди. Произнес нервно:

— Теперь я начинаю волноваться всерьез.

Глава 11

Дворец был тих. Отшумели праздники, отгремела последняя свадьба его величества, и дворец словно чувствовал приближение конца правления ветви. Он, точно предвкушающий пенсию работник, замер в ожидании момента, когда весь шумный двор с подданными переедет в… выбранный огнем тэорат, а здесь останется лишь правитель самого тэората с семьей. За двором следом потянется зверинец, будут перенесены плавающие сады, закроются залы покаяния, тишины и многие другие, которые не нужны тэорату.

А пока все ждали новостей от Восьмой — уже или еще нет?

Юля прерывисто вздохнула. Поправить бы платье, но обе руки заняты вцепившимися в них детьми. Прикусила губу, заставляя себя успокоиться. Дети и так перепуганы, не стоит пугать их еще больше.

Попыталась отвлечься от предстоящей семейной «порки». От разыгравшегося воображения, в котором ехидная морда (а какая еще?) Третьего перемежалась с укоризненным, точно она маленькая девочка, взглядом его величества.

Драго был накормлен и пришел в себя настолько, что попытался спалить сунувшегося к нему по просьбе Юли целителя. Пришлось оставить калкалоса в покое, взяв слово, что тот дождется ее и никуда не улетит.

Что еще? Шестого дергать не стала.

— Леди ассара, прошу. — Слуга предупредительно распахнул перед ней дверь кабинета.

Того самого… Сердце дворца. Место, где принимались самые сокровенные решения. Где огромный, во всю стену, камин. Портреты королей на стенах — ба! — со знакомыми венками. Где девять кресел, точно восемь Столпов, на которых держится власть, и еще одно — для короля. На их фоне диванчик для Юли с детьми смотрелся совершенно чуждо.