Мама для Совенка. Путь менталиста. Часть четвертая

— Хотя я и рассчитывал увеличить количество подопытного материала естественным путем — у нас ведь не последний набор на факультет.

Юля вскинула брови, склонила голову, посмотрела скептически на Кайлеса.

— Ты хоть поинтересовался, как часто они будут тебя радовать «увеличением»?

Кайлес смутился. Почесал кончик носа. Буркнул:

— Честно, не ожидал столь бурной активности от такого, гм, небольшого зверя.

Юля закатила глаза. В этом весь Кайлес. Буйство энергии, зажигательность идей, помноженные на торопливость и отсутствие подготовки.

— Ладно, — махнула рукой и спросила: — Сам-то как?

Первый месяц нового учебного года ожидаемо напоминал кошмар. Причем на всех факультетах. Новенькие студентки, как обычно, считали себя редкостями, столкнувшимися с проблемами личного, но глобального масштаба. Мольбы, истерики, надутые губки, слезы и угрозы пожаловаться мамочке или папочке. И в завершении обязательно с надрывом в голосе: «Вам не понять, вы же не местная».

Юля с ностальгией вспоминала свой первый факультет… Когда девочки зубами держались за место, думая лишь об учебе, и носились по академии испуганными ланями. Нынешние… расхаживали важно и больше задирали нос, чем беспокоились об оценках.

— Сам-то… — повторил Кайлес и поманил ее к комоду.

— Лорд Кайлес, вы лучший, — с придыханием возвестило нежно-розовое, размахивая половинками, точно бабочка крыльями.

— Вы такой умный, лорд Кайлес, — запричитало сиреневое.

— Я готова любоваться на вас каждое утро, — вторило им алое сердце.

Кайлес ловко поймал его, порвал, и по комнате разнеслось трагичное:

— Ах, вы разбили мне сердце.

Юля округлила глаза. Пробормотала:

— Талантливые они у тебя.

— Если бы, — проворчал мужчина, стряхивая красную воду с пальцев, — они такими талантливыми были в менталистике. Проблема в том, что семьи готовили их замуж. Представь, двое даже читают с трудом. Молчу про математику, географию, историю.

— Хм, — Юля задумалась, — я могу в качестве практики попросить выпускниц позаниматься с ними общими предметами. Думаю, никто возражать не станет.

— Ты моя спасительница, — просиял Кайлес.