Мама для Совенка. Путь менталиста. Часть четвертая

Но зима в этом году выдалась серой, бесснежной и тоскливой, и потому детвора отрывалась на иллюзорном снеге или на таких вот узорчатых проказницах.

Вчера ему принесли еще одну жалобу на шутника, который подмораживал пол в коридорах. Шутника пока не нашли, что было странно, но найдут, никуда не денется. От безмолвных непросто скрыться.

Третий прихлопнул возмущенно пискнувшую снежинку, которая посмела прицепиться к его плечу, отряхнул осыпавшийся иней. С чьей-то подачи в этом году все было не так. Снежинки вдруг решили, что им скучно быть белыми.

Прихлопнутая, например, была угольно-черной, но Харт каких только не перевидал за эти дни: красных, зеленых, разноцветных, с огоньками и мохнатых, удивительно напоминающих ядовитых насекомых с приграничных островов, где кроме этих тварей никто больше и не водился.

Его величество успел высказать недоумение по поводу творящегося, гм, разнообразия, но приказ пресечь буйство фантазии не дал, рассудив, что любой запрет вызовет взрывную волну новых видов. Так что двор вынужден был привыкать и к черным снежинкам, и к мигрирующим сугробам по углам, и к высыпающимся внезапно на голову цветным бумажным кругляшкам.

Даже ежегодный конкурс ледяных фигур внезапно изменил традиционную направленность (калкалосы, огонь, вулканы) и задумался о более легких вещах. Харт вспомнил два сердца, внутри которых синхронно билось пламя, букеты из ледяных цветов, фигуры влюбленных, держащихся за руки… Нет, определенно Четвертый был прав, когда советовал вложить деньги в продажу цветов и сладостей.

Эта конфетно-цветочная зараза все глубже проникала во все слои асмасского общества.

— Как думаешь, у него получится? — задумчиво поинтересовался Второй, останавливаясь у подпирающего колонну Харта.

Третий склонил голову, оценивая объект своего наблюдения. Судя по румянцу на щеках госпожи Тайвири, процесс шел успешно или, наоборот, кузен был близок к тому, чтобы быть посланным в пламя.

— Если бы он выбрал кого другого, — покачал головой Харт, — но наш кузен жаждет лучший огонь, который есть в Асмасе.

— Госпожа Тайвири действительно хороша: столько принцесс было воспитано ею, — согласился Ларс. Он оценил позицию Харта, прикинул угол обзора и спросил с хмыканьем: — Ты настолько ему не доверяешь? Боишься, он применит внушение прямо под носом короны?

Харт поморщился:

— Дело не в доверии.

Кайлес, конечно, сам по себе бедствие, а увлекающийся Кайлес — бедствие вдвойне, но Харт был здесь не из-за него. Его интересовала Майра.