Мама для Совенка. Путь менталиста. Часть четвертая

Правда, благодарность рано или поздно заканчивалась одним и тем же — брошенным в сердцах «Кобелина ты проклятая!». Но жениться?

С другой стороны, брак с женщиной без дара будет еще большим испытанием. Это как сладкоежке иметь под рукой килограмм конфет и не иметь возможности их съесть. Все начинается с мелочей. Убедить жену не тащиться на скучный прием. Не приглашать раздражающую подружку. Капелька внушения — и можно наслаждаться спокойствием дома. Семейная жизнь становится идеальной. Жена готовит лишь любимые блюда, принимает нужных ему гостей, не позволяет своей матери задерживаться надолго с визитом.

Менталистика… великая сила и великое искушение. Потому менталисты предпочитают жениться на своих: меньше шансов, что жена превратится в послушную куклу.

Но встречались в Асмасе козлы, верящие, что манипулировать женой с даром — это нормально, более того — даже полезно: мол, опасный дар под контролем. Но если у женщины оказывался не только сильный дар, но еще и свободолюбивый характер, тогда муж получал вместо любви супруги дикую ненависть к себе.

А если у жены хватало сил на побег… То она устраивалась на работу в академию. И ведь не побоялась даже чужие документы использовать.

Кайлес подумал, хватило бы у него самого решимости сбежать в подобных обстоятельствах, обмануть слуг, родню, еще и выдать себя за другого человека… Впрочем, бегать от проблем — это как раз его метод.

Он, задрав голову, посмотрел на небо. Весна была в самом разгаре. Еще немного — и свалится жара, но пока запах мокрой земли будоражил, ударяя в голову и заставляя мечтать о чем-то большем, чем пустая холодная постель.

Высокое, прозрачное небо, какое бывает лишь в горах, утягивало за собой, и Кайлес застыл, погружаясь в мысли. Каким мужем будет он сам? Начнет ли манипулировать женой? Принуждать? Каким станет отцом?

Ему повезло с семьей. Его отец был из королевской ветви. Неплохой уровень ментального дара, и выбор пал на женщину с сильным даром. Были ли проблемы у родителей, Кайлес не знал. Не мог припомнить, чтобы они ссорились.

Запомнилось иное — мать всегда знала, что происходит с отцом.

— Прощайте, измены, — вздохнул Кайлес, помахал облачку и почему-то не расстроился.

Может, потому, что надоели меняющиеся в постели женщины и захотелось чего-то более глубокого? Чтобы не пытались после бурной ночи вспомнить его имя, а знали, какие блюда он любит, какие цвета в одежде предпочитает и от чего придет в восторг, получив подарок?

— Семья… — протянул он, продолжая улыбаться.