Мама для Совенка. Путь менталиста. Часть четвертая

Слава — она такая… обязывающая.

Однако Харт с удовольствием поменялся бы с Альгаром местами. Его самого ждало гораздо менее приятное дело.

— Ты действительно попросил Беллару собрать вещи? — Дорогу Харту преградил кузен.

Его высочество оценил взбешенный вид декана, чуть отодвинулся в сторону и поправил:

— Дальяру.

— Мне по огню, — огрызнулся Кайлес, — она никуда не поедет.Он внезапно стал серьезным, посмотрел тяжело, придавливая взглядом, и проговорил устало:

— Ты же понимаешь, что от хорошего мужа не сбегают, вдовой не прикидываются, на работу не устраиваются? Ты знал, что у нее и денег-то с собой не было, а из одежды одни ботинки, пара юбок и платьев?

Харт стиснул зубы, ощущая, как ходят желваки под кожей.

В памяти всплыло недавнее самоубийство. Женщина. Сорок пять лет. Из них замужем восемнадцать. И муж, и жена — менталисты. Ни единой жалобы родным. Ни следа физического насилия. Лишь стертые до крови пальцы от частого мытья рук. «Бедняжка была такой чистоплотной».

Менталисты не бьют — они заставляют своих жертв наказывать себя. Клятва, которую дает менталист, запрещает ему применять дар без разрешения закона, но жена… Из-за единения энергии супругов она становится частью мужа — так и появляется лазейка, ведь применять дар к себе закон не запрещает.

Развод в подобных семьях не одобряется. Обществу не нужно, чтобы необученный менталист жил свободно без присмотра мужа.

Харт внезапно подумал, что идея с кроликами не так уж и плоха.

— И что предлагаешь? — Харт тоже повысил голос. — Оставить ее здесь? В каком статусе? Твоей любовницы? Хоть представляешь, сколько народу в курсе, что она здесь? Кто-нибудь обязательно проговорится. Вдобавок правда вскроется, как только мы объявим, что на факультете новый преподаватель-женщина. Ее муж не дурак. Догадается. И начнет жечь костры, требуя справедливости.

— Дай мне с ним встретиться, — горячо предложил Кайлес.

Харт закатил глаза. Покачал головой:

— Его отец — советник и друг его величества. Думаешь, он обрадуется смерти единственного сына?

— Спасибо, что веришь в меня, — криво усмехнулся Кайлес.

— Я в тебе никогда и не сомневался, — серьезно ответил Харт. — Всегда знал, что у тебя сильный дар, жаль только, что дурости тоже много.