Мама для Совенка. Путь менталиста. Часть четвертая

— А я сейчас не просто выражаться, а жечь тут все к жыргхвовой заднице буду! — разозлился Кайлес, засучивая рукава.

— Не получится, — торжествующе — разве что язык не показал — ответил учетчик, — у нас защита стоит!

— Хана вам, — между пальцев Кайлеса замелькали желтые огоньки, — и защите вашей тоже.

— Да что вы к нам привязались-то?! — не спросил, а с горькой мукой в голосе прокричал начальник отдела. — Хоть объясните.

— А что тут объяснять? — перекидывая сгусток пламени с одной руки на другую, ответствовал Кайлес.

С ближайшего стола, повинуясь жесту Кайлеса, взмыл лист, завис в воздухе, а потом под дружный «Ах!» потемнел, скручиваясь от пожирающего его пламени.

— И что у нас получается? — рассуждал декан, любуясь горением и падающим — почти романтично — пеплом на пол. — А получается умышленное противодействие указу короны.

Учетчик резко побледнел, не отрывая помутневшего взгляда с горящего листа.

— Указ о приеме на работу был? Был.

Со стола взмыл еще один лист, учетчик попытался его перехватить, но не допрыгнул. Полыхнуло.

— С еженедельными выплатами. С подъемными на переезд. Она за ними приходила? Приходила. И какой ответ получила?

Беллара, густо покраснев, едва слышно прошептала:

— Что деньги я должна у вас просить, раз на вас работаю.

Кайлес многозначительно хмыкнул.

— Мне кажется, кто-то попутал оказываемые госпожой услуги? А давайте мы прямо сейчас установим разницу и вы мне покажете, за какую-такую работу она должна просить у меня деньги, а?

Шуршание усилилось, точно из бумаг спешно строили бункер.

Сгоревший лист пеплом осыпался на пол. Учетчик чихнул от дыма, очнулся.

— Вы! — застыл он со злобной гримасой напротив Кайлеса, набирая воздуха в грудь.

— Я тоже вас не люблю, — подтвердил лорд, — и это мы еще в прошлый раз выяснили.

Огонек завис над столом… Учетчик сглотнул, посмотрел больным взглядом на бумаги.

— Мы все выплатим, — булькнул сдавленно.

— Можете начинать, — великодушно махнул рукой Кайлес, — и помните, я проверю. До последней монеты.

Беллара шла по дорожке академического парка, прижимая к груди мешочек с монетами и счастливо улыбалась. Настроение было таким же солнечным, как и окружающий день.