Попаданка в Академии Драконов

Лёд на подносе потихонечку таял. - Это искусственная пауза во всех процессах живого существа, следовательно, все направленные силы равны и противоположны, то есть компенсируют друг друга. Помните об этом. Этот принцип применения и распределения сил сохраняется и при воздействии на неживой объект. Формула на доске, приступайте, - тисс Варг помедлил и приписал под первой формулой еще одну. – Вторая формула отмены заклинания.

Я начала читать заклинание, вплетая в формулу по расширяющейся спирали магические потоки, в нужные моменты направляя магию на лёд.

У кого-то из ребят получилось наложить заклинание сразу, но их единицы. У кого-то постепенно результат улучшался с каждой следующей попыткой. У кого-то медленно, с упорством, с откатами назад и новыми попытками, но форма принимала необходимые параметры. А у кого-то не получалось совсем.

Заклинание не принималось потому, что приложение силы должно идти точечно, и импульс нужно было сформировать минимальный, а у меня выходил слишком сильный импульс, и магия просто смывала объект, проливаясь через край подноса.

С упорством маньяка я снова и снова приступала к новой попытке свернуть спираль заклинания и направить ее к подтаявшей ледяной лужице. Осечка. Примораживала лёд и приступала заново, когда над головой раздался негромкий голос тисса Варга:

- Тисса Лунд, если вы не против, я могу предложить вам древний артефакт, который значительно облегчит вашу нагрузку и улучшит результат, - произнес он, вертя в руках каменный медальон на витой серебряной цепочке.

Варг протянул мне медальон, и я автоматически взяла его, с интересом рассматривая. Малахитовая зелень камня имела своеобразный, запоминающийся рисунок, а серебро цепочки выглядело давно не чищенным и потускневшим.

- Попробуйте еще раз направить заклинание, - посоветовал преподаватель, и я тут же выполнила уже заученное наизусть действие. Лёд застыл. Я потрогала его пальцами. Не тает. Невероятно!

Я подняла голову и взглянула на тисса Варга. Цепким, вонзающимся взглядом он наблюдал за мной, как коршун, готовый схватить свою добычу и утащить в гнездо. Но было в нем что-то еще, совершенно не понятное и необъяснимое: удивление, недоверие и крайняя заинтересованность.