Хозяйка замка Эдвенч

И холодноват он, да и не слишком удобен – этакая накидка-палатка со шнурком на шее.

Заметив мое настроение, Барб немного поколебалась, а потом, увидев, что Милли любезничает с солдатом, и они отошли к другой повозке, поманила меня рукой, приложив палец к губам. Медленно и неуклюже она распутала тяжелый веревочный узел на своем одеяле и, чуть отогнув край, показала мне…

Я, сперва, даже не поняла, что это такое – какие-то разноцветные тряпки. Клок бархата с кружевом, еще торчит что-то ярко-синее и, кажется, шелковое.

Барб между тем торопливо завязывала узел снова.

-- Вот, ягодка моя, как до места доберемся – так и приоденем тебя. Там и шерстяное есть, хорошенькое такое! – лукаво улыбаясь, она смотрела на меня и, снова прижав палец к губам, жестом требовала молчания.

И тут до меня, наконец-то, дошло! В одеяло она завернула то, что смогла стащить из сундуков! Осуждать я ее точно не стану: не воровство это. Нам эти одежки точно нужнее, чем пиратам и грабителям. А ведь как она беспокоится обо мне! Про себя - ту, что лишилась всего заработанного на службе у барона, даже не заикнулась, «…так и приоденем тебя».

Я благодарно сжала ее теплую пухлую руку.

-- Лапки-то у тебя стынут, ягодка. Давай-ка вона в телегу, да и сверху укроемся: намерзлися сегодня. Не дай осспади, простынешь еще, – чуть ворчливо добавила Барб.

Мы залезли в телегу и сверху накинули на себя покрывало. Так было гораздо веселее, можно хоть окрестности осмотреть. Барб тихонечко ободряла меня:

– А хозяин нам достался не такой и худой.

Не смотри, что хмурый весь из себя, а добрый: я как слезу-то пустила, так и сдался! Знавала я таких. Сверху навроде как суровые да строгие, ан нет, веревки из них вить можно. А бывает и наоборот – весь ласковый, а унутре в ём только злобность одна и есть. Ничего, ягодка моя, ничего... – она перекрестилась. -- Осподь милостив.

День мы бестолково просидели в телеге, наблюдая за приезжающими на рынок. Нас покормили: охранник достал корзину, где лежал ломоть отличной ветчины и сероватый вкусный хлеб.

Изредка к телегам возвращался один или другой солдат, сваливал груду покупок и снова уходил. Тот, что караулил нас и телеги, иногда менялся местами с приятелями.

В соседние возки под одобрительные кивки Барб грузили мешки. Несколько с мукой, десяток с крупами. Приносили корзины с овощами, плетеные из прутьев клетушки со связками живых кур – на них я посматривала с опаской. Принесли завернутые в мешковину какие-то непонятные штуки.