Плачет рея по пирату

Во всяком случае, когда мы за ними наблюдали, было заметно, что они его опекали.

– А потом?

– А потом, когда стало особенно горячо, они старались спасти его.

– Очень интересно. Вы допросили его?

– Так, немного поговорили… – неопределенно протянул капитан.

– И что же он вам рассказал?

– Поначалу вообще ни о чем не хотел разговаривать; все твердил, что приехал сюда с гуманитарной миссией, требовал представителей ООН, а потом ничего… заговорил. Сказал, что оказался в лагере в качестве обыкновенного наемника.

– Вот оно как.

– А еще сказал, что неподалеку отсюда еще с десяток его земляков воюют.

– И где же?

– В горах. У полевого командира Максуда. Иногда по радиоэфиру обмениваются впечатлениями.

– Чего же это он так вдруг сразу разоткровенничался?

– Не сразу, – улыбнувшись, признался капитан, – пришлось убедить его быть с нами откровенным.

– И как же?

– У нас имеется в запасе несколько безотказных способов.

Негр слегка приподнял голову, понимая, что разговор ведут о нем.

Почему он оказался здесь – еще одна загадка этой странной войны, в которую приходится впрягаться. Вряд ли на Северный Кавказ негра занесли религиозные убеждения, даже коммерция не в счет, здесь нечто другое.

– Тебя как зовут? – спросил Степанов по-английски.

– Абди.

– Откуда ты родом?

– Из Пунтленда, – последовал немедленный ответ.

– Это Сомали?

– Когда-то эта территория принадлежала Сомали, но сейчас у нас своя республика, свое правительство. Наше государство называется «Сомалийское Государство Пунтленд».

– Понятно. А откуда именно?

– Из порта Эйл.

– Кажется, это столица пиратства?

– Пиратов у нас нет, есть только солдаты береговой охраны, – протестующе ответил сомалиец. – Сейчас много молодежи служит в рядах береговой охраны.

– Впервые слышу об этом порте Эйл, – удивленно протянул Пономарев.

– Поначалу это была рыбацкая деревушка. Потом ее забросили, вот пираты этим и воспользовались. Район отдаленный, бандиты чувствуют себя там вольготно. Ни полиция, ни разведчики не смогут пробраться к ним незамеченными, – пояснил Степанов и, повернувшись к сомалийцу, продолжил: – В газетах пишут, что пиратство – дело прибыльное. Чего же ты не служишь в береговой охране? Глядишь, деньжат бы поднакопил, – усмехнулся Степанов.