Плачет рея по пирату

Его задача – в кратчайшие сроки передать шифровку и передать агенту ответ центра.

Казаи Менелик поднялся в половине шестого. Заметив, что хозяин проснулся, собака в предвкушении утренней прогулки усиленно забила куцым хвостом и засопела так, что ее могли слышать в противоположном доме.

Миранда спала, соблазнительно раскинувшись. Если бы не среда, он нашел бы слова поласковее, чтобы продолжить ночные любовные ласки. Глянув напоследок на обнаженное девичье тело, он позвал собаку и вышел в коридор.

В крохотной пластинке, всего-то два сантиметра длиной и толщиной в спичку, помещался чип, на котором записана информация.

Спустившись по лестнице, Казаи Менелик направился в парк. Пес всецело воспользовался предоставленной свободой и норовил забраться в каждую подворотню, что-то усиленно при этом выискивая. По тому, как он энергично шевелил носом и вертел хвостом, было понятно, что дел у него невпроворот, и он был бы признателен хозяину, если бы тот разрешил ему рыться у мусорных баков до самого заката.

Казаи сел на краешек скамейки и, опустив руку, незаметно прикрепил контейнер. Со стороны могло показаться, что он просто смахивает с колен соринки, но в действительности именно в этот самый момент происходила закладка контейнера.

За последний год он двадцать семь раз производил закладку, но всякий раз невольно волновался: порой ему казалось, что за его действиям наблюдают даже деревья.

Поднявшись, Казаи направился к выходу из парка. Когда он подходил к дому, в его кармане задребезжал телефон. Вытащив его, он увидел, что на экране высветился телефонный номер Хайдара, одного из руководителей Аль-Каиды.

– Слушаю тебя, брат, – негромко ответил Казаи.

– Как у тебя сегодня со временем?

– Я весь в твоем распоряжении, брат.

– Сможешь подойти ко мне через два часа? У меня есть для тебя новости.

– Хорошо, брат.

За те три года, что Казаи Менелик прожил в Кении, Хайдар звонил ему всего четыре раза. И всякий раз его звонок был связан с весьма серьезными делами. Порой Казаи казалось, что Хайдар вообще забывает о его существовании, и только когда они встречались, он понимал, что это не так. Хайдар так любовно прижимал его к груди и так терся своей небритой щекой о его лицо, что невольно казалось, будто он обожает его как собственного сына.