Целитель магических животных

— Теперь это касается не только тебя и Ксавьера.

И я вынуждена была согласиться.

Как во сне я взяла шприц и пошла в гостевую спальню. Ксавьер выглядел намного лучше, как и всегда после очередного приступа. Наверное, спал. Интересно, смогу ли взять кровь, не разбудив при этом? На животных руку набила неплохо.

Я только начала осторожно закатывать рукав на мужчине, как он моментально распахнул глаза.

— Какой у вас интересный метод раздевания, — улыбнулся лорд.

— Мне нужно взять у вас немного крови. — Настроение совершенно не подходило для шуток.

— Мне для вас ничего не жалко, — улыбнулся мужчина. — Руки, сердце, с чего начнете?

— Как истинная женщина, я начну с вытягивания из вас крови, — натянуто улыбнулась я.

— Настоящие женщины начинают с вытягивания денег, — не согласился Ксавьер.

— Я уже двадцать тысяч получила, — напомнила в ответ.

— И где эти двадцать тысяч?

Тут мне ответить было нечего.

Игла легко вошла в вену, благо они у натренированного боевого мага сильно выделялись на коже — мечта любой медсестры-лаборантки.

Ксавьер даже не поморщился, несколько секунд — и шприц полон.

— Отдыхайте, — посоветовала лорду на прощанье. Пусть хотя бы он сегодня выспится.

Внизу меня ждали полностью готовые и сосредоточенные мужчины. На импровизированном рабочем месте каждого стояло все необходимое. Есть такие реагенты, которые обязаны храниться у любого целителя. Мой стол также был заботливо подготовлен для предстоящего анализа.

Я осторожно распределила кровь по колбам, зная, что много не надо, должно хватить и пары капель.

Ушедшие боги! Хоть бы мы ошибались!

— Начинаем, — скомандовал Майк.

И мы приступили к одному из самых сложных исследований среди всех существующих, и уж точно к самому ответственному. Впереди вся ночь, за которую ни один из нас не сомкнет глаз…

Я отстраненно наблюдала, как светлеет на улице и луч солнца медленно ползет по полу к стене. Сил не было. Эмоции закончились. Внутри поселилась пустота, равнодушие и безразличие.

Майк, разбивший костяшки о стену, не удосужился хотя бы обработать раны и метался по комнате, как запертый в клетке зверь.

Выдохшись, он остановился у окна, но готова поклясться, не сказал бы сейчас, даже какого цвета дом напротив. На его лице, за одну ночь осунувшемся и каком-то постаревшем, застыло выражение бессильной злобы, морщинки располосовали лоб, искусанные губы потрескались.

Ребята устроились на полу у стены. Рей крутил между пальцами карандаш и изучал потолок.