Единственная для Севера

- Это неприлично. Я могу ехать в повозке.

- Нет, не можете. Повозка там не пройдёт. Только виры. Повозку понесут сложенной и как только опасный участок кончится, вы пересядите.

Я почувствовала, что меня прижали к груди сильнее и, поерзав, чтобы немного освободится, услышала над ухом судорожный вздох.

- Тера, если вы будете так ерзать, то моей лертой станете быстрее, чем положено традициями.

- Я..я .. просто не прижимайте меня так сильно. Мне нечем дышать.

Я не видела его лица, но слышала, как он усмехнулся, и ослабил хватку.

Мы ехали уже несколько часов, останавливались только два раза, поесть и по естественной надобности. Я всю дорогу держала голову прямо, чтобы случайно не посмотреть на Дариона Тиора. От вынужденной напряжённой позы, шея вскоре одервенела и болела так, что хотелось склонить её на плечо к лорду. Но я держалась.

- Упрямица, - шепнули на ухо, - ты же ещё не совсем здорова, поспи, я тебя не уроню, - Лорд усмехнулся.

- Я могу спать в пути, но для этого я должна доверять тем, кто меня окружает.

- Ты считаешь, мне доверять нельзя?

Я молчала. Что можно на это ответить?

Руки на моей талии сжались, и превратились в тиски.

- Ты самое дорогое, что у меня есть. Помни об этом.

Ощутимо повеяло холодом и я инстинктивно прижалась к источнику тепла.

Прижалась к Дариону Тиору.

По моей щеке скользнули его губы и он слегка ослабил хватку.

Вдруг раздались вопли, дикие крики, из кустов сбоку вылетела стая потревоженых чёрных птиц. Вир от неожиданности шарахнулся в сторону.

Дарион удержал его железной рукой, и мы остановились.

Воины Севера спешились. К нам подъехал на вире Филициус.

- Это ристы, - сказал он, - здесь лежбище в двух милях. У нас сотня воинов. Но если рист много... Мы потеряем половину.

Я старалась не дышать.

Ристы! Я слышала, что ближе к северным землям, этих животных встречали до сих пор, но никогда не верила в это.

Белые, похожие на огромных крыс, эти твари отличались прожорливостью и хитростью. Нападали стаями, оглушив и дезориентировав жертву резкими воплями, просто рвали на куски, поедая.

Я поежилась. Ристы потому и считались почти сказкой, так как переживших нападение было очень немного. В Кирте такой был один, старый сапожник Лола, живший в соседнем квартале. Так он рассказывал, что выжил только потому, что бросил в гущу стаи свою собаку и удрал. Но старику мало кто верил.

- Ристы... - мой голос непроизвольно дрогнул, а на кончиках пальцев заискрила магия.