Софья. Другой мир

— Вам хорошо все объяснили? Возникали ли у вас вопросы? — по–прежнему спокойно поинтересовалась Наталья Петровна.

— Объяснили все очень хорошо, — торопливо ответила Алина. — Вопросов не возникло. Кадровик — прекрасный специалист, — убрав руки за спину, девушка старалась смотреть куда угодно, но только не в глаза руководительнице.

На самом деле, Алине никто ничего особо не объяснял. Кадровик при устройстве на работу просто сунула ей в руки толстую папку с правилами и предложила ознакомиться самостоятельно.

— Вы оштрафованы в двойном размере.

— За что?! — не сдержавшись, воскликнула новенькая.

— Правилами нашей компании в рабочее время запрещено использование личных телефонов в любых целях, — Наталья Петровна усмехнулась.

Невольно покосившись на сиротливо лежащий возле бумаг смартфон, Алина досадливо поморщилась. Она всего–то написала другу, что соскучилась и устала. Да, об этом запрете и возможном штрафе девушка знала.

— Почему в двойном? — негромко спросила новенькая.

— Это вам наука, — невозмутимо ответила руководитель.— За каждое решение и действие надо уметь нести ответственность. Вы приняли решение не сообщать о том, что при трудоустройстве вам надлежащим образом не донесли информацию. Значит, вы и будете наказаны. Еще есть вопросы? — подняла бровь она и пристально посмотрела в испуганно–удивленные глаза новенькой.

— Откуда вы знаете? — тихо поинтересовалась Алина.

— В моей компании ничего не происходит без моего ведома, — безэмоционально произнесла Наталья Петровна. Вновь обведя взглядом «продажников», хладнокровно добавила: — Надеюсь, все помнят о санкциях за несвоевременную сдачу ежедневного отчета? — увидев печальные лица, демонстративно посмотрела на дорогие наручные часы. — У вас осталось десять минут.

Утратив интерес к сотрудникам, женщина перевела взгляд на Василия Ивановича.

— За ненадлежащий контроль вы лишаетесь десяти процентов премии, — холодящим душу голосом произнесла Наталья Петровна.

Послушно кивнув, Василий Иванович не сдержал облегченного вздоха. Денег было очень жаль, однако он избежал худшего — ее гнева.

— И приведите себя в порядок, — негромко приказала Наталья Петровна, мазнув взглядом по рубашке мужчины.