Любимая адептка его величества

Только добавила:

– Хочу прояснить одну важную вещь.

Удивление стало меньше, но последовал вопрос:

– Что именно вас интересует? История Храма? Архитектура? Связанные с Храмом легенды?

У-у-у…

– Общие сведения, – отрапортовала я, растягивая губы в нарочито бодрой улыбке.

Библиотекарь медленно кивнула и удалилась за стеллажи.

Пять минут, и я очутилась за тем же небольшим столиком, под яркой лампой. Пальцы неожиданно задрожали, когда переворачивала первый лист.

Сначала я уставилась на занимавшую весь разворот гравюру, и что-то внутри откликнулось.

К дрожанию пальцев добавился сильный стук сердца – пришлось постараться, чтобы его унять.

Потом было оглавление, которое ничего не прояснило. Все мои знания сводились к нулю, я не слишком-то понимала, с чего начинать. В итоге пошла с первой главы, которая называлась «Краткая история обретения».

Тут-то и стало ясно, что всё не просто. Храм «начинался» с Древа! Того самого, под корнями которого мне предлагалось найти некий шифр.

Сначала было Древо – великое и благословенное.

Оно «возникло», как писали в книге, «в самом начале времён».

Но читая я поняла, что речь не о начале, а о стыке – точке, в которой сошлись две принципиально разные эпохи. Когда-то, очень давно, этот мир был обычным, без всякой магии. А потом «появилось» Древо и дало «семена».

Те самые крупицы магии, одна из которых сидела теперь во мне, имели единое происхождение. Горстка воинов отправилась однажды покорять недоступную местность и, преодолев множество трудностей, получила великий приз.

В конце долгого восхождения на запретную гору они нашли дерево, чьи листья мерцали светом, и на котором виделись «странные, светящиеся ягоды». Один из воинов, Эстрил Отчаянный, сорвал такую ягоду и съел.

На этом месте я остановилась… Эстрил. Это ведь название королевского рода?

Получается, что тот едок – предок нашего Георга? Он увидел странную «ягоду» и тут же в рот?

Я невольно улыбнулась. Потом и вовсе прикусила губу, чтобы не засмеяться в голос.

Просто вообразился товарищ в звериной шкуре и с дубиной, этакий мычащий питекантроп, который жрёт с непонятного дерева. А его потомок ходит теперь с видом, что он тут самый культурный и приличный из всех!

Да, Георг… Жаль, что я не знала о твоей генетике раньше!

Не выдержав, я всё-таки хрюкнула и вернулась к книге. После поступка Эстрила изменилось всё.

Древо, бывшее неподвижным, вдруг встрепенулось, тряхнуло листьями, и «ягоды» начали подниматься в воздух.