Наследница проклятого острова

И почему я не предупредила её тогда, во время пожара? Оставалось надеяться только на то, что несовершеннолетнюю не стали бы пытать. Или стали бы? Вина перед подругой и беспокойство отравляли жизнь.

Девочки ещё спали, а я проголодалась, поэтому решила сходить на завтрак самостоятельно, тем более что он уже подходил к концу. На входе студенты толпились у доски объявлений. Обычно она ни у кого ажиотажа не вызывала — там висели памятки, расписание общепотоковых лекций и меню на пятидневку.

— Двести доблонов! Ни каскарра себе…

Я подошла поближе и заметила яркое объявление:

Автору проклятия Ветхости,

наложенного на вещи гваркизы Позойтар,

обещается щедрое вознаграждение в размере двухсот доблонов

за снятие проклятия с ценного украшения.

Анонимность гарантируется ректором!

Двести доблонов! Этого хватило бы не только на обучение… этого хватило бы на экстренные траты после. Должна же я буду добраться до Аберрии. Неужели проклятие зацепило нечто очень ценное в вещах Позойтар? Никак не выдав эмоций, я в задумчивости подошла к раздаче.

Всё та же улыбчивая румяная пухленькая девушка задорно улыбнулась:

— Сегодня на обед будут чудесные пироги с лиймом!

Я невольно улыбнулась в ответ.

— Спасибо, обязательно попробую.

Мысли крутились вокруг предложенной награды. Очень большая сумма. Можно было бы не зависеть от Ярца, спокойно учиться, не тратить время и силы на подработку…

Двести доблонов…

Пойти к ректору — это, по сути, вывесить над головой вымпел, гласящий, что автор проклятия — я.

На месте Позойтар я бы заготовила ловушку. А дальше можно было бы через любой суд истребовать компенсацию за уничтоженные вещи. Да и из академии я бы тут же вылетела со свистом за такое нарушение. А там недалеко и до раскрытия моего инкогнито. Нет, никаких скандалов я себе позволить не могла. Осторожность превыше всего…

Но двести доблонов — это огромные деньги!

Что же такого было в вещах Позойтар, что её семья готова раскошелиться на столь значительную сумму. Или она просто назначила такую награду за мою поимку? Что если она вступила в сговор с ректором и теперь только и ждёт отклика, чтобы надеть на меня кандалы?.

.

…Но двести доблонов!

Значит, действовать нужно. Просто делать всё по-умному и осторожно. Но как? Доверять я не могу никому. Связей у меня нет. Нет даже уверенности, что это объявление — правда, а не приманка. Следовательно, план должен быть такой, чтобы в любом случае не раскрыть себя. Это важнее всего.