Наследница проклятого острова

Я проснулась и резко села на постели. Вокруг было пронзительно тихо. Достала икис и посмотрела на время — половина пятого. Но ложиться заново бесполезно. По опыту уже знала, что сон обратно не придёт. Чтобы успокоить растревоженное воображение, взяла в руки вышивку и целиком погрузилась в неё.

Нет, забивать голову чувствами нельзя. Слишком многое поставлено на карту. А влюбиться я всегда успею. Потом. Когда верну себе свой титул и остров. Хотя… разве не правильнее обратить внимание на тех, кому я нужна нищей Инор? Как я смогу отличить ушлого охотника за приданым от порядочного гайрона в будущем? Может, стоит дать кому-нибудь шанс? Конечно, не Зиталю, он лишь человек… Но Ярцу?

В итоге решила не форсировать события.

Пусть всё идёт своим чередом. Вот увижу Ярца в следующий раз, и всё образуется само собой.

За несколько дождливых утренних часов получилось закончить работу над платьем. Теперь его не стыдно надеть на бал. Я расшила его бабочками. Ядовитыми тхимеле́тами с прекрасными синими крыльями.

Вышивку пришлось разбросать по платью хаотично в местах порезов, но от этого оно только выиграло.

То ли благодаря магии, то ли из-за особых нитей рисунок получился на удивление объёмным. Бабочки выглядели так, словно готовы сорваться с ткани в любой момент. И даже крошечные цветочки словно бы источали тонкий едва уловимый запах.

Изрядно проголодавшись к завтраку, разбудила соседок пораньше, чтобы быть у раздачи одними из первых. В столовой было ещё относительно пусто, да и на лекцию по истории Аллорана мы пришли первыми.

Заняли места поближе к профессору и достали блокноты с карандашами. За окном всё также лил дождь, создавая иллюзию уюта в помещении.

Когда прозвенел звонок, в аудиторию вошёл молодой грузный преподаватель. Крупный лохматый мужчина с большими, покрытыми густыми волосами руками смотрелся за кафедрой несколько неуместно. Такого скорее ожидаешь увидеть преподающим боевые арканы, а не историю.

— Приветствую вас! Меня зовут зайтан Ториа́л. Очень рад началу учебного года.

Хоть мы все и стали старше на год. Кстати, вы знаете, почему дату рождения в Урмунде мы считаем именно так? Ведь все вы родились в разные дни.

— Это придумал тот, кто в конце года родился. Чтоб не так обидно было самым младшим среди одногодок считаться? — выкрикнул кто-то с места.

Я обернулась. Конечно, это был Хирут. В любом потоке пробка, в любой бочке дырка.

— А вот и неверно. До первой межрасовой войны праздновали именно день рождения человека.