Дворцовая метла

— Свободен, — односложно ответил король, махнув рукой.

— Лекс, — я предупреждающе посмотрела на мужа и встала.

— Ника, не стоит, тебе волноваться нельзя, мы сами, — мой взгляд муж расценил верно.

— Ну уж нет, я для них столько сделала, а они? Неблагодарные! — я решительно толкнула балконную дверь, Лекс тенью проследовал за мной. Телохранитель отстал всего лишь на полшага.

— Ника, ты уже слышала? — к нашей компании присоединился Гардинор со своей невестой, я не сомневалась, что и остальные скоро подтянутся.

— Слышала, — прошипела я, оглянувшись на отводящих глаза мужчин. Они чувствовали себя виноватыми, хотя я не могла их ни в чём обвинять.

— Что будем делать? — Гардинор встал рядом с сыном, готовясь в любой момент и свои силы вложить в мою защиту.

— Я их сейчас быстро успокою, — я вышла на балкон.

Дворцовая площадь была заполнена до отказа.

— Ведьму! Ведьму! — слаженно скандировали люди.

— Ну? — грозно вопросила злая я, привлекая к себе всеобщее внимание. Лекс уверенно обнял за талию, поддерживая.

Представляю, как сейчас выглядит моя аура — настоящий сгусток тьмы. Но мне было всё равно.

Толпа на мгновение притихла, а потом разразилась воплями.

— Ведьма! — первый голос прозвучал по-особенному восторженно, я захлопала глазами, слишком странными мне показались интонации.

— Настоящая! — поддержали его сбоку.

Да уж, только слепой мог не понять, кто перед ним, когда ведьма начинала терять контроль. А в толпе и маги были.

— Благословенная ведьма! — зашёлся в экстазе храмовник.

— Королева — ведьма! Слава ведьме! — теперь над площадью царило всеобщее ликование.

— Что? — я оглянулась на так же замерших в недоумении спутников.

— Ника, кажется, мы всё неправильно поняли...

Моя тёмная сущность тут же успокоилась, что вызвало новую порцию восторгов. Благословение на моё облегчение тоже отреагировало.

— Ника, там на площади... — а вот и Берти пожаловал.

— Народ прославляет ведьму, — ухмыльнулась я.

— Что?

— Сам послушай.

Радость на улицах была безмерной, даже как-то неловко было принимать эти восторги. Но как же приятно!

— Ника! — папочка почти опоздал.

— Что?

— Мы тебя не отдадим, пусть даже придётся половину столицы выжечь.

— Не придётся, — я, улыбаясь, помахивала ручкой своим верным подданным.

Отец выглянул из-за моей спины, его тоже начали восторженно приветствовать.

— Они... они тебе рады? — наконец-то понял очевидное лорд Соверленг.

— Думаю, что да.