Дворцовая метла

— Ника, я чуть не умер, нельзя же так! — король пытался хмурить брови и изображать недовольство, но давалось ему это с большим трудом.

— Подожди, скоро Берти свою долю позитива получит.

У принца задача была намного сложнее, он видел, что произошло, и теперь с трудом контролировал своё лицо, стараясь не выдавать свою осведомлённость. Рядом с ним так же нервничала и Рости, уж она-то неприятностей после произошедшего точно ожидала. Но мой наговор не так прост. Он не даёт единовременный эффект, поэтому подёргаться моей дамочке придётся немало.

— Ника, когда? — к нам подошёл Гардинор. Ему начало понравилось, но хотелось больше.

— Скоро, потерпите.

— Мне просто очень интересно, как такое украшение будет смотреться на этой милой мордашке.

— А такого больше не будет, на Лекса же она не покушалась, — разочаровала я свёкра.

— Что, даже за принца не отомстишь? — удивился Гардинор.

— Уже, — улыбнулась я. — Брумш!

Рости, не заметив никаких опасных последствий для себя, несколько успокоилась и уже снова расточала улыбки Бертарду.

— Ника, а что это все так увлечённо обсуждают? — мы видели лишь верхнюю часть танцующих, поэтому вопрос Лекса был закономерен.

— Хвост, — ответила я с широкой улыбкой.

— Какой хвост?

— А вот этот! — я прошептала пару слов, и нога Бертарда крепко припечатала к полу длинный бычий хвост, кончик которого кокетливо выглядывал из-под платья Рости.

Девушка истошно завизжала, — конечно, больно же! — Берти застыл изваянием, совершенно не понимая, что происходит. Рости не могла сделать ни шагу, беспомощно продолжая голосить.

— Хвост прищемил, — пронеслось по залу, и только тогда принц догадался опустить взгляд.

— Стража, — истошно закричал он, брезгливо одёргивая ногу.

Рости, до которой тоже наконец-то дошло, из-за чего такая боль, рухнула без чувств.

Молодцы Хансена тут же уволокли и эту жертву.

Лекс счастливыми глазами смотрел на растерянного брата, Гардинор тщательно старался сдерживать смех.

— Ника, это всё, или будет ещё сюрприз?

— Остался последний, — со вздохом призналась я.

Я дала возможность придворным основательно обсудить произошедшее, прежде чем использовала третий фокус.

— Брумш!

Зал замер. Эмоций было много. Испуг, отчаяние, удивление, гнев — но всё это странно перекрывалось взрывами громогласного смеха.