Маска служанки

- Абсолютно все, даже если тебе это покажется незначительным!

А затем, смягчившись, добавила:

-Возможно, если бы ты узнала дальнейшие испытания отбора, я была бы более благосклонна…

-А как ты собираешься пройти хотя бы первое испытание? - прошипела я, когда мы остановились у входа в оливковую комнату, - Мы-то с тобой знаем, что никакими чувствами или благородством в твоих мотивах и не пахнет!

-С этим я разберусь сама, - злобно прошептала герцогиня, игнорируя мое фамильярное обращение. - А ты занимайся тем, что тебе велено!

После этого она захлопнула двери своих покоев прямо перед моим носом.

Я сразу же побежала наверх в общую столовую для слуг. Там для нас, проснувшихся ни свет, ни заря, уже накрывала обед Юнка.

Я попыталась подслушать там разговоры других камеристок, но все бес толку. Мои коллеги только ныли о том, как многие из леди приказали вернуться им как можно скорее, и снова переодеть их перед встречей с королем. Мне же Мидея таких указаний не давала, значит рассчитывала справиться сама.

А львинной доле камеристок и вовсе было велено раздобыть лепестки гортензии и перетереть их в порошок. Свободного времени у нас было около двух-трех часов, этого должно было хватить, чтобы ободрать королевский цветник.

Бытовало мнение, что гортензия- верное средство, чтобы обойти заклинания правды. Но это было ложью, такого средства просто не существует.

Однако известие о том, что претендентки на пост королевы собирались лгать своему будущему мужу - явно не было новостью для леди Толлас, она и сама собиралась наврать.

Одна зловредная часть меня желала того, чтобы герцогиня тоже воспользовалась порошком гортензии. И тогда принц, с позором уличив ее, выгнал бы из дворца. Однако, в перспективе, это желание было совершенно безрассудным!

Мидее ничего за это не будет, ведь она подданная другого двора. Более того, она сможет уладить отношения с будущим королем севера, радушно выдав ему предательницу никити, скрывающуюся в рядах его слуг! Делать нечего - будем прислуживать и пресмыкаться.

После обеда я попросила у Юнки запасной комплект ее формы. Серое платьице с белым воротником, разумеется, было мне мала, ведь моя подруга была невероятно худой.

Но, не без усилий, я смогла втиснуться в чужие одежды, и накинула сверху темно-синий плащ. Как только я смогла все это провернуть, в маленькую жемчужную сережку в моих ушах, (такую же, как и у всех остальных камеристок), пришло оповещение.

Все в Объединённых землях пользовались артефактами связи.