О моем перерождении в злодейку

Ещё какое-то время они продолжали обмениваться любезностями, пока я упорно пыталась не зевнуть, но вскоре Болин перестал ходить вокруг да около, и перешёл к интересующему его вопросу.

-В связи с тем, что вы так долго находились в поездке, думаю, вы поймете, если завтра я приглашу врачевателя, чтобы проверить состояние Николь.

-Не волнуйтесь, кузен, нас уже осматривали в Ройсе, ничего серьезного, кроме легкого обезвоживания со мной не произошло, но спасибо за заботу, - отозвалась я.

-Нет, леди, вы не поняли. Этот врачеватель должен будет проверить совсем не это.

-Он хочет проверить вас на невинность, - отозвался Жан, прерывая потуги Болина, вызывая тем самым стыдливый румянец на щеках у всех присутствующих.

-Что? – от возмущения я чуть не задохнулась.

-Что тебя удивляет, кузина? – холодно спросил Болин.

-Позвольте, но что это меняет? – вклинился Рамиро, - если окажется, что леди не невинна, вы попытаетесь привлечь меня к ответственности и женить на ней? Но мы и так обручены.

-Прошу прощения, лорд, но вы не славитесь как человек, готовый взять опороченную деву в жены, - заявил Болин, а я удивилась его дерзости.

Несомненно, он намекал на ту историю с певичкой, когда Жан отказался сочетаться с ней браком.

-Тем более, вы присоединились к Николь далеко не в начале её пути. Я должен быть уверен, что её не обесчестил кто-то другой.

-Да там было еще как минимум пять свидетелей! – возмутилась я.

-И все же, - упрямо заявил кузен, - мало ли что с вами могли сделать мятежники или грабители в тех лесах.

У меня в глазах потемнело от злости. Этот напыщенный индюк явно пытался саботировать свадьбу. Но зачем ему это? В глазах честолюбивого кузена Жан Рамиро- отличная партия для меня. Пускай, я и выше его по статусу, но маркиз обладал невероятным влиянием и лояльностью короля.

-У вас есть другой жених на примете для вашей подопечной? – сухо спросил Жан.

Кажется, он пришёл к таким же выводам, что и я. Единственным вариантом, при котором эта помолвка могла быть невыгодна Болину – лишь в том случае, если на меня у него уже были планы.

Он ожидал, что я не преуспею при дворе, и, выдав Лауру за графа Гизоффа, отдамся на его милость, тому, кого он сам мне выбрал.