Счастье быть нужным

После смерти отца сначала принимал дела по управлению герцогством, знаешь, меня ведь не готовили к этому, потом переселял из родового замка мачеху с её сынком. Та ещё проблема, нервы она мне знатно помотала, а сколько обмороков и обвинений пришлось вынести — ты не представляешь.

— Ну почему же, представляю. У меня три сестры и столько же племянниц на выданье, и каждая обвиняет меня в чёрствости, невнимании и падает в обморок как яблоки осенью на ветру. По-моему, нет девиц, которые не падают в обмороки и не закатывают истерики.

— И я не встречал, но брат говорил, что наша мать была сильной женщиной, и он ни разу не видел её истерик и обмороков. Она всегда была спокойна и добра, слуги её слушались и выполняли все задания быстро. Брат говорил, что её все любили и уважали.

В общем, как только я немного разобрался со срочными делами, подготовился к поездке за женой. Но тут меня и тебя вызвал Алекс с просьбой помочь урегулировать вопрос с выбором супруги для Его величества — совсем сдурел: поручить друзьям выбрать для себя жену! Но это так, к слову.

И вот, теперь мы едем с посольством в Диланию, и непонятно, насколько это всё затянется. А за женой я отправил управляющего семьи, Аллистера.

— Интересно, а твоя жена знала об этом договоре? И кстати, как зовут твою супругу?

— Знала или нет, я узнаю только тогда, когда с ней встречусь, а зовут Вилия Марсиэла.

— Красивое имя, главное, чтобы не досталось страшной грымзе.

— К сожалению, Михель, здесь уж без вариантов. Выбора всё равно мне не оставили, одно желание — поменьше истерик. На лучшее я и не надеюсь.

— Ну, не скажи, всё же красивая девушка уравнивает свой характер. Со страшной истеричкой гораздо хуже жить.

 — Знаешь, Михель, ты нисколько мне не помогаешь. Спасибо, друг.

— Не за что, обращайся. Кто если не я, — со смешком проговорил Михель.

— Больше всего меня мучает один вопрос: почему отец подписал такой договор.

Как определить, что ты встретил свою истинную, я так и не понял, дед, отец, да и брат не смогли мне объяснить этого. Но все они женились по любви. Они нашли свою истинную сами. Так почему отец лишил меня этого? Потому что я младший нелюбимый сын?

— Не знаю, Андре, не знаю.