Мертвый сезон в раю

Элинор благодарно ему улыбнулась, после чего повернулась и перехватила предупреждающий взгляд отца. Лорд Викандер едва заметно качнул головой и чуть расширил глаза, мол, не вздумай.

Эль едва не закатила свои: и все-то ее знают лучше нее самой.

Ну да, когда ей было тринадцать, она исхитрилась незаметно высыпать банку перца в вино противной леди Удрен. Но, во-первых, та была сама виновата, потому что начала рассуждать за столом, что в мужском седле ездят только падшие женщины и пропащая молодежь, и при этом постоянно бросала взгляды на Элинор, которую ей довелось увидеть верхом незадолго до этого.

Лу и Кард, быстро проглотив ужин, довольные, как раз сбежали из-за стола. И Элинор проводила их тоскливым взглядом. Она бы тоже сбежала. Желательно с Линденом.

Это же надо было так долго ждать этого вечера, чтобы его испортила вредная Ши!

Стало обидно и неприятно, и, поняв, что из-за собственных переживаний готова расстроить личную жизнь любимого дяди, Эль попросила прощения и покинула комнату.

Прогуляться, освежиться, отвлечься на несколько минут — и можно назад.

Посетив дамскую комнату и подправив макияж, Элинор как раз раздумывала, пора ли уже возвращаться или разумнее успокоить нервы, прогулявшись ещё некоторое время, как ее окликнули.

Эль нахмурилась.

— Что ты здесь делаешь?

И плевать на то, что с гостями таким тоном не разговаривают. Дядюшки тут нет, а Шиана слышала от нее и не такое в ответ на своих «милочек».

Гостья же даже не подумала обижаться.

— Я-то? — произнесла с придыханием. — Конечно же, попудрить носик, дорогуша.

Ковер гасил шаги, и от этого Ши двигалась настолько беззвучно, что в полумраке коридора, в своем светлом платье и со светлыми же волосами, напоминала призрака.

Эль усмехнулась от этой ассоциации, и лицо наглой гостьи некрасиво вытянулось.

— Тебе смешно? — уточнила она с вызовом, делая очередной беззвучный шаг назад и смеша Элинор еще больше.

— Очень, — призналась Эль, отступая с дороги. Указала рукой направление: — Вторая дверь направо, чувствуй себя как дома.

Ей показалось, что она сказала это максимально дружелюбно, но не тут-то было. Шиана снова вздернула свой маленький носик и гордо прошествовала мимо. Будто ей указала дорогу не хозяйка дома и племянница ее будущего мужа, а просящая милостыню грязная нищенка.