С мейсе Райкконен что-то не так

Сновали сотрудники, летали со стола на стол папки с делами, плакались на несправедливость нечестные торговки. Задержанные мелкие воришки даже под носом у стражей закона пытались что-то стянуть, уже знакомая бандитская ряха гремела наручниками.

Но даже в этом бедламе дядька Скоропут моментально выцепил взглядом меня, а я – нахальную рожу поганца, мгновенно оскалившегося в радостной улыбке при упоминании моего имени. Глаза я быстро отвела, хотя не скрою, было желание рассмотреть поганца при свете дня и в полной комплектации прожитых лет.

– Нет! – рявкнула я, перекрыв этот гомон. Знаю я эту «радость», опять от меня что-то нужно. – Даже не думай, дядька! Поганца твоего я вырастила, вон, полюбуйся – вымахал поганее прежнего. А больше ни на что не подписывалась!

– Девочка моя… – расплылся в самой умильной улыбке Скоропут.

– Нет! Не девочка и не твоя!

– Ох, чёрт, так это моя вина, что уже не девочка? – пробормотал поганец. – Если б я только знал, что ты до меня ни с кем…

Я только похлопала глазами.

– Можно я его пристрелю? – с надеждой спросила я дядьку.

– Нельзя, – резво убрал Скоропут пистоль со стола. – У меня сотрудников и так не хватает. А если в участке пристрелишь, то я это тебе как отягчающее обстоятельство запишу. Нам по штату уборщиц не положено, а сам я тут кровищу после него отмывать не нанимался. Кстати, дорогая, ты второй такой же пистоль не видела? Они у меня парные, именные, с насечками…

– Да засунул, наверное, куда-нибудь, – отвела я глаза.

Эрик новое назначение проигнорировал, но присмотрелся к оружию. А я невольно присмотрелась к Эрику. Поганец… тьфу ты, пистоль! Пистоль был действительно красивый: с затейливой чеканкой по стволу и золочёной монограммой «СР» на ореховых щёчках рукоятки.

– Ох, потеря потерь, – сочувственно сказал Эрик. – А у парного, начальник, накладки костяные были, но с тем же вензелем?

– Так ты его видел, паршиве… В смысле, дорогой мой новый оперативник! Костяные, как есть! – обрадовался Скоропут. – Из бивня виндейской твари, что величиной с дом, очень уж матерьялец редкий… Где?!..

– Кажется, видел… – протянул поганец, нахально глядя мне прямо в глаза. – А, может, и нет…

Вот же памятливый, сволочь.