Хозяйка Седых холмов

– протянула она и кашлянула, видимо, намереваясь придать голосу твёрдость. Вышло так себе. – Я взяла тебя в плен! Теперь ты – мой заложник.

– Недурственно! – хохотнул Марий, возникший рядом с лошадью. Яр его восторгов не разделял: слишком уж напрягало отсутствие портупеи с ножнами. Куда мелкая шкода заныкала оружие, оставалось только догадываться.

– И что теперь сделаешь? – поинтересовался он у блаженной. Ремни на запястьях она стянула неумело, но вполне себе крепко: почти полминуты ушло, чтобы выпутаться. Однако сообщать об этом Яр не торопился.

– Прикончу? – чудачка явно удивилась. Растерялась даже. – Нет... Нет! Вовсе нет. Я отвезу тебя в замок, к Хозяйке. Она и решит, что с тобой делать. Садись на коня.

Девушка ухватила его за локоть.

– Это кобыла, – буркнул Яромир, безропотно подчиняясь приказу. Руки он послушно держал за спиной, поэтому точка опоры в виде узкой девичьей ладошки пришлась весьма кстати.

Расклад вполне устраивал. Великое везение! Его доставят до места, да ещё и верхом, как знатного пана.

Яр мысленно ухмыльнулся: все удовольствия разом!

– И не стыдно пользоваться наивностью несчастной девушки? – укоризненно заметил Марий, когда чудачка, потянув за повод, задала Каурой нужное направление.

Ледорез с трудом сдержался, чтобы не высказаться вслух. Это она-то наивная? Серьёзно? Да засранка водила его кругами, сбивала с пути, обманывала, и.

– И жизнь тебе спасла, – добавил призрак.

– Это не в счёт.

– Что? – блаженная обернулась.

– Ничего.

– Знаешь, ты очень странный, – заявила девушка, уверенно сворачивая на очередной развилке. Яр машинально подметил поваленную сосну, усыпанный поганками пень и высокий, в полтора аршина, муравейник. – Очень-очень странный. Я сразу заметила. И вид у тебя какой-то... нездоровый. Ты болеешь?

Ледорез промолчал.

– Попроси Хозяйку, она излечит любую хворь.

– Посредством отделения головы от тела, – самым серьёзным тоном присовокупил Марий.

– Слышал, она превращает людей в химер, – сказал Яр, внимательно следя за дорогой. С каждой пройденной верстой лес становился темнее и глуше. Вековые деревья – такие могучие, что даже трое мужчин, взявшись за руки, не смогли бы обхватить стволы – поскрипывали, качая густыми ветвистыми кронами.

– Не всех.