Я полюбила главного злодея не моего романа

В купели стало заметно светлее, я посмотрела на небо:

— Луна.

— Лу́на, — поправил Сервиан и заметил: — Почему-то, мне кажется, ты не слышала это предание.

— Какое?

— Говорят, однажды один из богов влюбился в своё творение в принцессу по имени Лу́на. Он не мерился силой с другими богами, предпочитая бродить по Кругорому из города в город. В миру он носил довольно скромное имя Творец. Принцесса Лу́на любила посещать рынок и выбирать яблоки самолично. Красные, сочные, наливные. В тот момент, когда она встретила Творца корзинка выпала из её рук, и румяные плоды покатились по дороге.

Существует такая примета: если думаешь, что нашёл своё счастье, раздели этот плод со своей избранницей, и небо подарит ночь только для вас. Стоило принцессе Лу́не и Творцу увидеть друг друга, и они не могли отвести глаз. Они долго стояли недвижно, будто одни в целом мире.

Лу́на с Творцом, в тот краткий, но бесконечный миг на дороге, были счастливы. Это не могло длится вечно, ибо в мире нет ничего вечного. Он был Творцом и великим зодчим, а она смертной.

Он выстроил сотни небесных чертогов. Выстроил замок и для неё прямо в небе. Этот чудесный замок сделал принцессу Лу́ну бессмертной, как и положено чертогам.

Но из-за того, что она остается тем, кем была, только одну ночь в месяц они могут провести вместе. Лу́на отмеряет время до встречи открывая штору на окне понемногу каждую ночь. А затем закрывая. Когда тяжёлая штора полностью закрывает окно её дворца, тогда они и встречаются. И они счастливы. А когда они не вместе, Лу́на смотрит вниз и стремится помогать влюблённым, чьи чувства заслуживают лучшей доли.

Это было грустно и безумно романтично. Даже не верилось, что такую историю мне рассказал Сервиан. Мне захотелось его поцеловать, но я боялась в очередной раз спугнуть его своим напором.

— Возможно, мне стоит подарить тебе красное яблоко? — пошутила я.

— Ты плохо слушала. Его дарят возлюбленной.

— Какой шовинизм, — вздохнула я, крепче переплетая с ним пальцы и ощущая необычную близость с моим пурпурноглазым принцем.

Больше я ничего не сказала. Молчал и Сервиан. Нам обоим не хотелось нарушать покой нашего уединения. Глядя на Лу́ну я думала о любви, и надеялась, что Сервиан разделяет мои мысли.

Глава 19.

Поутру следующего дня я обнаружила на прикроватном столике довольно объёмный фолиант записей Мита Мораны, и с энтузиазмом приступила к его изучению, не вылезая из кровати. Мои губы тронула лёгкая улыбка: в Кругороме я превратилась в заядлого чтеца.