Переполох в академии Граней. Это кто ещё попал!

При этом в глазах остальных лекарей стоит неприкрытое удовлетворение. Радуются, что аристократические белоручки теперь эти самые ручки запачкают наравне с ними.

— А может, мы переоденемся для начала? — Я развожу руками, акцентируя внимание на парадной форме.

— Так в ваших комнатах есть повседневные комплекты, — парирует Феарина. — Пойдёмте. А то знаю я вас: отпроситесь на пять минут, а потом вас месяц ищи.

Я по глазам Рика замечаю, что он хочет что-то возразить, но с силой сжимаю его руку. Одним взглядом показываю, чтобы он следовал за нашим новым начальством.

Я не упускаю возможности этим воспользоваться и спешу догнать идущую впереди лекарку.

— Феарина, а можно вопрос?

Она окидывает меня изучающим взглядом, будто приценивается, стоит ли позволять мне открыть рот.

— Давай.

— А мы с тобой ничего странного не проводили? — спрашиваю в лоб, без лишних танцев с бубном.

Надоели уже эти расшаркивания и поиски ниточек, что приведут меня домой. Пора уже применять радикальные методы. В том числе прямой допрос.

— Ты уверена, что хочешь поговорить об этом здесь и сейчас? — девушка скашивает глаза, стреляя взглядом в идущих позади нас коллег.

А у меня в груди радостно ёкает!

Да! Я оказалась права! Фи — это Феарина. Выкуси, Фло!

Мне сейчас очень хочется, чтобы рыжая зазнайка оказалась рядом. Посмотреть в её наглую мордочку и сказать: «Не всё-то ты, Флоренс, знаешь».

— Нет-нет, ты права, — тут же соглашаюсь я с лекаркой. — Давай поговорим в моей палате, пока я буду переодеваться.

— Я, вообще-то, тоже не против послушать, — вставляет свои пять копеек до сих пор молчавший Дейрик.

— Мы не настолько в близких отношениях, — пытаюсь отвертеться я. — Будет что-то важное — сообщу.

— Да ну? — Смоляная бровь Рика приподнимается в игривом изгибе.

Его лицо приобретает опасно-хищное выражение. В сочетании с прожигающим взглядом это заставляет меня нервно выдохнуть.

— Я поставлю иллюзию и ничего не увижу, — обещает Верндари, чем отметает любые мои попытки оставить его за дверью.

— Да шут с тобой, — сдаюсь я.

Попробую выкрутиться на месте.

В лечебное крыло мы добираемся через десять молчаливых минут. Ни Феарина, ни мы с Риком не произносим больше ни слова. Я боюсь спугнуть удачу лишней болтовнёй. Верндари, видимо, придерживается того же мнения, а Феарина… Ей просто не до нас.