Мама для Совенка. Часть третья

Харт лишь усмехнулся и достал из шкафа пару стаканов, плеснул на дно огневухи и поставил перед братом.

— Во всех нас, — ответил, салютнув стаканом, Харт.

Лиестр неодобрительно покрутил свой стакан — он всегда был поборником правил. Посмотрел за окно — до заката оставалось еще часов пять, — вздохнул и опрокинул в себя напиток. Прикрыл глаза, прислушиваясь к ощущениям, и наконец признался:

— Боюсь я за девчонку. Прибить ведь могут сгоряча. А тут, под твоим крылышком, она вроде как в безопасности.

— Все-таки поставил, — резюмировал Харт.

Лиестр развел руками:

— Сам знаешь, сколько мы к этому шли. А тут такой шанс.

— Не думал, что оно работает лишь на ассаре?

— Глупости, — отмахнулся брат. — У ассары две руки, две ноги. Голова, правда, думает иначе, но на магическую зональность это никак не влияет. Я практически уверен, что татуировка и камни удержат магию под контролем.

— Практически, — передразнил его Харт.

На деле ему подсовывают экспериментальный образец, который мало того, что краснеет беспрестанно, так еще может устроить магический всплеск и разнести крыло дворца.

— Почему у себя не оставил? — поинтересовался с подозрением.

— Не могу. И так жена ворчит, что гарем собираю. Я сейчас только тем и занят, что девиц принимаю. Тесты, осмотры, обработка материала — и все под миллион вопросов: «А это не больно?», «Я рожать потом смогу?».

Харт понял позыв без слов. Плеснул.

— То есть, ты мне ее подсовываешь, чтобы я убедился, что девчонка нормально держит магию?

— Устрой ей парочку выездов, — оживился Лиестр, — возьми на какое-нибудь расследование. Желательно с трупом.

Харт с готовностью устроил бы труп прямо сейчас в кабинете, но отец не одобрит. Брат опять же. Пусть и сволочь, но родная.

— Максимум, что могу обещать, — принести ратса* из зверинца, — сухо проговорил Харт.

— Договорились, — просиял Первый. — Оставляю ее в твоих надежных руках.

Харт застыл, осознавая, что братец все-таки подловил… Жыргхвовая задница!

— И не забудь подробный отчет, — донеслось от порога.

Харт выругался на этот раз вслух. Встал, убрал огневку в шкаф. Постоял перед дверью в приемную. Была надежда, что девица уберется сама. Ну а вдруг.

— Что это? — просипел, оглядываясь.